Сольц А.А.

Арон Александрович Сольц, (1872-1945), родился в г.Шальчининкай, в Литве, в семье купца первой гильдии. Образование – неоконченное высшее: учился в Петербургском университете на юридическом факультете, но не окончил его – увлекся  революционными идеями. Сольц был способным студентом, ему предрекали большое будущее. Еще в 1898г. поддержал социал-демократов, участвовал в революции 1905-1907гг., в 1903г. поддержал большевиков. Неоднократно арестовывался и ссылался за  политическую деятельность. Последнюю ссылку – с 1912г. – отбывал вместе со Сталиным. Освобожден из ссылки был в результате свержения монархии.

В 1917г. – член Московского комитета партии, в дни октябрьского переворота – член Московского ВРК. В начале 1918г. – противник Брестского мира с Германией, так называемый «левый коммунист», выступал вместе с Н.И.Бухариным за «революционную войну с империализмом». В 1920г. стал членом ЦКК партии. С 1921г. – член Верховного Суда РСФСР и заведующий юридическим отделом Рабкрина, с 1923г. – по совместительству член Верховного Суда СССР. С 1935г. А.А.Сольц – заместитель Прокурора СССР, затем – председатель юридической коллегии Верховного Суда СССР[1].

Арон Сольц сыграл важную роль в развертывании массовых репрессий. Так, в 1922г.  был одним из главных обвинителей на суде по делу партии эсеров, и призывал к  смертной казни всех обвиняемых, а также к запрету самой партии. Затем А.А.Сольц «брошен» Политбюро на другой «участок работы»: против татарских националистов Крыма, во главе с Вели Ибраимовым. После «дела Ибраимова» Сольц «отличился» на процессах партии «Мусават» в Азербайджане, сторонников Султан-Галиева в Татарстане, калмыцких и бурятских национальных партий и групп.[2] В дни «Шахтинского процесса» в 1928г., А.Сольц, требовал казни всех подсудимых. В 1930г. А.Сольц – один из обвинителей по делу «Союзного бюро меньшевиков», «липовость» которого была настолько очевидной, что Сталин не рискнул проводить открытый процесс, опасаясь скандала. Сольц вновь требует «всех расстрелять»[3].

Во время строительства Беломорско-Балтийского канала А.А.Сольц – куратор распределения продовольствия на стройке. Сам Сольц был бескорыстен, и отказывался обирать «каналоармейцев», как это делали другие сотрудники администрации. Он питался чаем с сухарями без сахара и ел картофельную похлебку. Коллеги между собой называли в лучшем случае «блаженным». Одобрял «ликвидацию кулачества, как класс».

Поведение Сольца начало меняться тогда, когда после убийства С.М.Кирова, Сталин стал устранять с политической арены «ленинскую гвардию», «старых большевиков». Дело в том, что эти люди отказывались подчиняться верховной власти и игнорировали существующие в стране законы. Сталин вводил в стране  деспотический, но порядок, а «ленинская гвардия» желала и дальше жить «по беспределу» времен Гражданской[4].

В этой ситуации Сольц решительно взял сторону «ленинской гвардии». Уже в 1935г. он усомнился в объективности процесса над Зиновьевым, Каменевым и их сторонниками, в объективности расследования убийства Кирова. Имея возможность рассмотрения апелляций  лиц, исключенных из партии, Сольц в 1935-1937гг. отменил исключение из ее рядов большого числа людей, чем спас многих из них. Спорить с Сольцем, который состоял там еще задолго до Сталина или Молотова, никто не решался, так что Арон Александрович помог многим сотням невинных людей. Часто Сольцу писали, как в последнюю инстанцию.

Сольц добился принятия нескольких постановлений ЦК ВКП(б) об исправлении ошибок, допущенных при исключении из партии, при обмене партбилетов, о недопустимости бездушного и формально-бюрократического отношения к апелляциям исключенных, и так далее.

В 1937г. А.Сольц стал высказывать предположения, что причиной репрессий в отношении коммунистов является политическая месть бывшего меньшевика А.Я.Вышинского, и в октябре 1937г. Сольц потребовал проверить его деятельность  специальной комиссией. Версия мотивов Вышинского, выдвинутая им, была крайне наивна: Анджей Януарьевич выполнял волю Сталина, и его политические взгляды тут были ни при чем. Но Сольц упорствовал, а свои обвинения  выразил самому Вышинскому  открыто[5]. В феврале 1938г. Сольц пытался получить прием у Сталина по этому вопросу, но безуспешно, тогда он предположил, что «и Сталин с меньшевиками заодно», после чего охрана не пустила Сольца на работу, а приехавшие врачи отвезли его в психиатрическую больницу. Было заявлено, что у него – «тяжелое душевное расстройство», и Сольц был помещен в специальное отделение больницы, где держали нормальных людей, которых власти не могли репрессировать в обычном порядке, и потому ломали им волю и психику, превращая  их в  настоящих сумасшедших[6].

Попытки Сольца протестовать приводили лишь к помещению в изолятор в смирительной рубашке. По данным Микояна, Сольца принудительно кололи различными препаратами психотропного действия. В 1941г., после начала войны, Сольц был перевезен в Ташкент, и ему предложили «мировую»: он снимает все претензии к властям, и получает пост архивариуса в центральной библиотеке им.Ленина в Москве.  Но Сольц не только отказался, но и заявил в адрес Сталина – что он «скрытый контрреволюционер». Тогда  его вновь поместили в психбольницу, и уже  насовсем.  Помня царские  тюрьмы и ссылки, Сольц попытался протестовать с помощью голодовок. При царе это было эффективно, теперь же голодовка потеряла значение. В начале 1945г. А.А.Сольц объявил очередную голодовку, длившуюся несколько месяцев, а, когда она не принесла  никаких результатов, перешел с обычной голодовки на «сухую», от которой и умер 30 апреля 1945г. Место его захоронения неизвестно[7].



[1] //Реабилитирован посмертно. Сб.док. и материалов. Вып.1., М.,1989.

[2] А., Файнбит С. «Революционная законность и наша карательная политика». М.,1925.

[3] Инквизитор. Сталинский прокурор Вышинский. Сб. ст. М.,1992.

[4] Подробнее об этом см:  Буровский А.М. 1937. Контрреволюция Сталина. М.,2010., Прудникова Е.А. Ленин-Сталин: технология власти. М.,2011., и так далее.

[5] Трифонов Ю.В. Отблеск костра. Документальная повесть.//Исчезновение. М.,1988.

[6] Микоян А.И. Так было. М.,2005.

[7] Петрушин А.А.  «Товарищ Андрей». Тюмень, 2011.