Па-беларуску На русском
Правозащитники Против Пыток >> Наши достижения >> Промежуточный обзор по соблюдению Республикой Беларусь Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания

Промежуточный обзор по соблюдению Республикой Беларусь Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания

Республика Беларусь

Промежуточный обзор

по соблюдению Республикой Беларусь Конвенции против пыток

и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания

Обзор подготовлен правозащитниками инициативы

«Правозащитники против пыток».

Со времени представления предыдущего Доклада белорусских неправительственных организаций и правозащитников по соблюдению Республикой Беларусь Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания, в отношении к докладу Беларуси на 47 сессии Комитета против пыток ООН (октябрь 2011) ситуация по соблюдению Республикой Беларусь Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в целом не изменилась и остается неудовлетворительной. Этот доклад является промежуточным и представляет информацию лишь по ст.ст. 6, 11, 12, 14, 27 Заключительных замечаний комитета против пыток принятых на 47 сессии.

 

Ст.6 Заключительных замечаний комитета против пыток.

Основные правовые гарантии

Серьезную обеспокоенность у Комитета вызывают многочисленные согласующиеся между собой сообщения о том, что задержанным часто отказывают в основных мерах правовой защиты, в том числе в своевременном доступе к помощи адвоката или медицинской помощи, а также в праве на контакт с членами семьи. Это особенно касается задержанных по обвинению в нарушении статьи 293 УК.[1] В число этих сообщений входят и случаи, отмеченные сразу несколькими обладателями мандатов специальных процедур, включая Специального докладчика по вопросу о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения или наказания, которые среди прочего касались Андрея Санникова, заявившего на суде в мае 2011 г. об отказе ему в праве на своевременный доступ к помощи адвоката, на контакт с членами семьи и на получение медицинской помощи несмотря на телесные повреждения, нанесенные представителями власти в ходе ареста,[2] а также Владимира Некляева (A/HRC/17/27/Add.1, para.249). Отмечая наличие Закона № 215-З от 16 июня 2003 г. «О порядке и условиях содержания лиц под стражей в Республике Беларусь», Комитет выражает серьезную озабоченность тем, что при этом на практике государство-участник не предоставляет с момента задержания всем лицам, лишенным свободы, в том числе задержанным, содержащимся в СИЗО Комитета государственной безопасности (КГБ), и задержанным в административном порядке доступа ко всем основным мерам правовой защиты, упомянутым в пунктах 13 и 14 Общего комментария Комитета № 2 (CAT/C/GC/2). (ст. 2, 11 и 12).

Комитет рекомендует государству-участнику:

а)  Как законодательно, так и на практике обеспечить всем заключенным доступ ко всем основным правовым гарантиям с момента их задержания, включая право на незамедлительный доступ к адвокату и на обследование независимым врачом, право связаться с семьей, быть проинформированным о своих правах в момент задержания, в том числе об обвинениях, выдвинутых против него, а также право на своевременное рассмотрение дела в суде;

б)   Обеспечить задержанных, в том числе по административным статьям, возможностью обжаловать законность их задержания или обращения с ними;

в)   Принять меры по обеспечению аудио- или видеозаписи всех допросов в отделениях милиции и местах содержания под стражей в целях предотвращения применения пыток и ненадлежащего обращения.

Обзор по ст.6 Заключительных замечаний.

а) Несмотря на то, что законодательно закреплено право граждан в любой момент на юридическую помощь и адвоката (ст.62 Конституции Республики Беларусь, ст.41 Уголовно-процессуального Кодекса Республики Беларусь,) на практике задержанным и заключенным не всегда предоставляется возможность встретиться с адвокатом с момента задержания, кроме того, имеются случаи, когда задержанным не предоставляли возможность связаться с родственниками, а сотрудниками милиции скрывалась информация о месте нахождения задержанного. Например, на брестского гражданского активиста Виталия Ковша 1 сентября 2012 года около 16.00 при выходе из дома набросились неизвестные, повалили на землю и начали избивать. Всё это происходило на глазах жены Виталия и его маленького сына. После избиения нападавшие затащили Виталия в автомобиль “Жигули” белого цвета и увезли в неизвестном направлении. Местонахождение активиста было неизвестно несколько дней. Жена Виталия Ковша звонила в милицию, однако там ей ответили, что “ничего не знают”. Впоследствии, Виталий Ковш оказался в городском следственном изоляторе РОВД Брестского района.

К политическому заключённому Дмитрию Дашкевичу находящемуся в Витебском следственном изоляторе (далее СИЗО) в сентябре 2012 не допустили адвоката, хотя требование предоставить возможность встречи с адвокатом было написано заранее.

Нам не известны случаи обследования независимым врачом задержанных по уголовным преступлениям или заключенных. Государство не приняло мер по законодательному закреплению возможности обследования независимым врачом задержанных по подозрению в уголовных преступлениях или заключенных.

При задержании по административным статьям, если имеются жалобы на состояние здоровья, вызывается скорая медицинская помощь. Однако если врачами ставится диагноз подразумевающий госпитализацию, то сотрудники милиции убеждают не госпитализировать арестованного и отправляют его отбывать административный арест.

б) За отчетный период ситуация с возможностью задержанным по административным статьям обжаловать ненадлежащее обращение с ними не изменилась. До сих пор люди, отбывшие административный арест не имею возможности отстоять права гарантированные ст.7, п.1 ст.10 Международного пакта о гражданских и политических правах (далее Пакт) ни в судебном порядке, ни в порядке административного производства. При обжаловании условий нарушающих ст.7, п.1 ст.10 Пакта в центре изоляции правонарушителей по адресу Минск, пер.Окрестина, 36 (далее ЦИП) прокуратура пересылает жалобы в главное управление внутренних дел минского городского исполнительного комитета (далее ГУВД Мингорисполкома) т.е. фактически тому ведомству в подчинении которого находиться ЦИП, иногда жалобы пересылаются непосредственно в ЦИП. Проверки по таким жалобам не проводиться, ответы однотипные, утверждающие, что условия содержания соответствуют законодательству. Суды не рассматривают жалобы на условия содержания в ЦИП нарушающие ст.7, п.1 ст.10 Пакта ссылаясь на неподведомственность судам. Таким образом, отстоять право гарантированное ст.7, п.1 ст.10 Пакта задержанным по административным статьям невозможно.

Например, в ответе № 21/В-2230 от 31.08.2012 правозащитнику Олегу Волчеку, отбывающему административный арест в ЦИП, на жалобы, нарушающие ст.7 Пакта Министерство внутренних дел отмечает, что имевшие место отдельные недостатки в материально-техническом обеспечении ЦИП обусловлены объективными причинами и не являются следствием недобросовестного отношения к исполнению своих служебных обязанностей руководством ЦИП. Нарушений законности, а также фактов жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинство обращения с лицами, отбывающими административное взыскание в виде административного ареста в ЦИП не установлено. Режим отбывания административного взыскания в виде административного ареста соответствует нормам  международного права и общепризнанным принципам гуманности и соблюдения прав граждан и не преследует цель бесчеловечного и унижающего человеческое достоинство обращения.

Кроме того, в отношении сообщений в Комитет по правам человека зарегистрированных под номерами № 2181\2012 Валентин Стефанович против Беларуси и 2182\2012 Егор Бобров против Беларуси поданных на нарушение ст.7 Пакта при отбытии ареста в ЦИП Беларусь сообщением № 02-14/929 от 14 августа 2012 года прекратила какие-либо действия и полностью отказалась выполнять рекомендации, которые могут быть приняты комитетом. Данный факт говорит о нежелании государства сотрудничать с Комитетом по правам человека по сообщениям, поданным по ст.7 Пакта.

в) Законодательно и на практике не предпринято мер по обеспечению аудио- или видеозаписи всех допросов в отделениях милиции и местах содержания под стражей. Сотрудники КГБ применяют пытки при ведении допросов. Тому свидетельствования активиста Романа Протасевича, который был задержан 30 августа 2012 года и в течение четырех часов допрашивался сотрудниками КГБ. По словам молодого человека, его били и угрожали “повесить” на него мелкие кражи. По заявлениям в СМИ  о применении пыток в отношении Романа Протасевича во время проведения допросов прокуратура не проводила проверки и не отреагировала должным образом.

Ст.11 Заключительных замечаний комитета против пыток.

Безнаказанность и отсутствие независимого расследования

Комитет сохраняет глубокую обеспокоенность по поводу стойкого, носящего укоренившийся характер нежелания представителей власти проводить своевременное, беспристрастное и всестороннее расследование по многочисленным заявлениям о применении пыток и ненадлежащем обращении и привлекать виновных к ответственности, по поводу отсутствия механизмов независимого расследования и рассмотрения жалоб, по поводу запугивания представителей судебной системы, по поводу низкого уровня сотрудничества с международными наблюдательными органами. Все это привело к серьезным масштабам замалчивания и бездействия.[10] (ст. 2, 11, 12, 13 и 16). В частности, беспокойство Комитета вызывает следующее:

а)  отсутствие независимого, эффективного механизма получения жалоб и проведения своевременного, беспристрастного и эффективного расследования по заявлениям о применении пыток, в частности, от задержанных, содержащихся под стражей на стадии предварительного расследования;

б)  информация, говорящая о том, что наличие серьезных конфликтов интересов не позволяет использовать существующие механизмы рассмотрения жалоб в целях проведения эффективного, беспристрастного расследования по полученным жалобам;

в)  отсутствие согласованности информации, представленной Комитету, по жалобам задержанных. Серьезную озабоченность у Комитета вызывает информация о репрессиях в отношении лиц, подавших жалобы, а также случаях отказа задержанных от своих жалоб. В частности, это касается Алеся Михалевича и Андрея Санникова;

г)  сообщения о том, что ни один представитель власти не был привлечен к ответственности за совершение актов применения пыток. По представленной Комитету информации, за последние десять лет только четверым сотрудникам правоохранительных органов были предъявлены обвинения в совершении менее тяжких преступлений – «злоупотреблении властью или служебными полномочиями» и «превышении власти или служебных полномочий», предусмотренных статьями 424 и 426 Уголовного кодекса.

Комитет призывает государство-участника принять необходимые меры по обеспечению проведения своевременного расследования по всем заявлениям о применении пыток или о ненадлежащем обращении со стороны сотрудников государственных органов путем ведения прозрачного и независимого следствия, а также меры по наказанию виновных в соответствии с тяжестью совершенных ими противоправных действий. В этой связи, государству-участнику следует:

а)  ввести в действие независимый и эффективный механизм, облегчающий подачу жалоб в государственные органы жертвами пыток или ненадлежащего обращения, включая создание механизма получения медицинского освидетельствования в поддержку их жалоб, а также обеспечить на практике защиту подающих жалобы от любого вида ненадлежащего обращения или запугивания вследствие подачи жалобы или дачи свидетельских показаний. В частности, как было рекомендовано ранее (A/56/44, para.46(c)), государству-участнику следует рассмотреть вопрос о создании национальной независимой и беспристрастной комиссии по правам человека, в состав которой входили бы представители государственного и негосударственного сектора и которая располагала бы эффективными полномочиями, в том числе по поощрению прав человека, расследованию всех жалоб на нарушение прав человека, в особенности тех, которые имеют отношение к применению положений Конвенции.

б) публично и недвусмысленно осудить применение всех форм пыток, обращаясь, в частности, к сотрудникам правоохранительных органов, вооруженным силам и сотрудникам пенитенциарных учреждений, включив в данные заявления ясное предупреждение о том, что любой человек, совершающий или участвующий в подобных действиях как сообщник, понесет личную уголовную ответственность;

в)  обеспечить отстранение подозреваемых от выполнения своих обязанностей немедленно и на срок расследования, особенно если есть риск того, что в противном случае подозреваемые могут препятствовать расследованию;

г)  предоставить результаты расследования по предполагаемым правонарушениям, поднятым Комитетом, в том числе по делам Алеся Михалевича, Андрея Санникова, Александра Отрощенкова, Владимира Некляева, Натальи Радиной и Майи Абромчик, а также по более многочисленным заявлениям о беспорядочном и непропорциональном применении силы спецназом в отношении примерно 300 людей на площади Независимости 19 декабря 2010 г.

 

Обзор по ст.11 Заключительных замечаний.

 

а) В январе 2012 года в Республике Беларусь был образован Следственный комитет Республики Беларусь (далее СК), который организует и осуществляет проверку заявлений о преступлениях, а также осуществляет предварительное следствие по уголовным делам. В соответствии с ч.3 ст.1 Закона Республики Беларусь «О Следственном комитете Республики Беларусь» (далее Закон «о СК»), Следственный комитет подчиняется президенту Республики Беларусь. В соответствии со ст.12 Закона «о СК», Президент Республики Беларусь:

осуществляет общее руководство Следственным комитетом;

утверждает Положение о центральном аппарате Следственного комитета Республики Беларусь, Положение о порядке прохождения службы в Следственном комитете Республики Беларусь, Дисциплинарный устав Следственного комитета Республики Беларусь;

устанавливает штатную численность Следственного комитета и организаций, обеспечивающих его деятельность;

согласовывает структуру центрального аппарата Следственного комитета;

принимает решения о создании, реорганизации и ликвидации организаций, обеспечивающих деятельность Следственного комитета, определяет их задачи и функции, правовой статус работников этих организаций;

учреждает официальные геральдические символы Следственного комитета;

утверждает перечень должностей высшего начальствующего состава Следственного комитета и соответствующие этим должностям специальные звания;

назначает на должности, отстраняет, освобождает от должностей Председателя Следственного комитета, его заместителей, начальников управлений Следственного комитета по областям и г. Минску;

присваивает лицам начальствующего состава Следственного комитета специальное звание «полковник юстиции» и специальные звания высшего начальствующего состава;

награждает сотрудников, гражданский персонал Следственного комитета государственными наградами;

устанавливает порядок материально-технического обеспечения Следственного комитета, нормы обеспечения Следственного комитета вооружением и специальными средствами, нормы снабжения сотрудников Следственного комитета предметами формы одежды, знаками различия по специальным званиям и иным вещевым имуществом;

принимает решения по вопросам правовой и социальной защиты сотрудников Следственного комитета, граждан Республики Беларусь, уволенных со службы в Следственном комитете в запас (отставку), членов их семей, гражданского персонала Следственного комитета, а также членов семей погибших (умерших) сотрудников Следственного комитета;

осуществляет иные полномочия, предусмотренные настоящим Законом и иными законодательными актами.

В соответствии со ст.35 Закона «о СК», контроль за деятельностью Следственного комитета осуществляется Президентом Республики Беларусь.

В связи с образованием СК были внесены и поправки в УПК Республики Беларусь. Если ранее в соответствии с п.2 ч. 1 ст. 182 УПК преступления, совершенные должностными лицами прокуратуры, органов внутренних дел в связи с их служебной или профессиональной деятельностью предварительное следствие проводилось следователями прокуратуры, то после принятия поправок, в соответствии с ч. 1 ст. 182 УПК расследование данных видов уголовных дел осуществляется непосредственно Следственным комитетом.

СК создан в качестве специального института, призванного обеспечить независимое от обвинения расследование преступлений. За прошедший период каких либо мер в обеспечении независимого расследования дел, связанных с применением пыток, не сделано. В структуре следственного комитета не выделено специального подразделение или отдельных следователей по пыточным делам. Штат Следственного комитета фактически полностью базируется на штатах следственных отделов прокуратуры республики. Эти сотрудники не имеют подготовки по ведению дел по пыткам и жестокому обращению. Дела о пытках остаются без специального учета и не фиксируются статистически. Так же поскольку вновь образованный СК полностью подчинен и подотчетен президенту Республики Беларусь, президент также осуществляет руководство СК, а принятие решений о возбуждении уголовных дел в отношении следователей СК,  зависит от следователей СК, то данный государственный орган не может являться независимым и способным беспристрастно, эффективно и своевременно расследовать случаи пыток.

О перечисленных фактах могут свидетельствовать множественные случаи. Например, 19.05.2012 в Минске за вывешивание исторического национального флага сотрудниками милиции был задержан Андрей Молчан. Сотрудники милиции заволокли его в милицейскую машину, где целенаправленно избивали. После чего Андрей Молчан с травмами был доставлен в больницу, где у него были обнаружены многочисленные ушибы различных частей тела, а также и повреждение глаза. По результатам проверки СК вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, а действия сотрудников милиции были признаны правомерными. Минский городской суд проигнорировал жалобу на применение пыток. 17.07.2012 Андрей Молчан вновь был задержан сотрудниками милиции за расклеивание информационных листовок. В милицейской машине он опять подвергся избиениям. По результатам проверки СК также вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, а действия сотрудников милиции были признаны правомерными. Минским городским судом были проигнорированы доводы о применении пыток.

19 декабря 2011 года на минском автовокзале после акции посвященной годовщине президентских выборов в Беларуси и разгону мирной акции протеста неизвестными людьми были задержаны украинские активистки женского движения FEMEN Александра Немчинова, Инна Шевченко и Оксана Шачко.  По словам активисток, им завязали глаза и всю ночь возили в автобусе, при этом угрожали расправой и убийством, после завезли в лес, облили маслом, угрожали поджечь, заставляли раздеваться, угрожали ножом, которым позже отрезали волосы. Все происходящее неизвестные снимали на видеокамеру. Потом девушек выбросили фактически голыми в лесу, забрав  документы и телефоны. Из леса девушки вышли в районе деревни Беки Ельского района Гомельской области. Активистки FEMEN предполагают, что неизвестными были сотрудники КГБ. Ельский РОВД отказал в возбуждении уголовного дело по фактам похищения и пыток.

Активиста Илью Петровца при наблюдении за мирным собранием 22.06.2011 сотрудники милиции избили и сломали нос. Несмотря на множество свидетелей, результатов судебной медицинской экспертизы уголовное дело в отношении сотрудников милиции возбуждено не было. Проверка по заявлению Ильи Петровца длиться более 1 года, следственный комитет 5 раз отказывал в возбуждении уголовного дела, несмотря на то, что было признано что травмы наносились сотрудниками милиции.

С момента заявления и до вынесения постановления об отказе в возбуждении уголовного дела т.е. на время проверки по фактам пыток, которая может затянуться на срок более 3 месяцев, заявитель не может знакомиться с материалами проверки, что делает процедуру самой проверки по фактам пыток не прозрачной.

б) Представители власти и силовых ведомств не выступали с публичными заявлениями об осуждении пыток.

в) Нам не известно случаев, когда кто-либо из сотрудников милиции, в отношении которых подано заявление о применении пыток был бы отстранен от выполнения своих служебных обязанностей на срок проведения проверки.

Более 4 месяцев длилась проверка по заявлению активистки Ольги Пансевич о применении пыток и жестокого обращения при задержании и в Изоляторе временного содержания города Слоним гродненской области. По истечении 4 месяцев уголовное дело не было возбуждено, сотрудники милиции применявшие пытки и жестокое обращение не были отстранены от выполнения своих должностных обязанностей на время проведения проверки.

г) По заявленным фактам пыток в отношении Алеся Михалевича, Андрея Санникова, Александра Отрощенкова, Владимира Некляева, Натальи Радиной и Майи Абромчик, а также по многочисленным заявлениям о беспорядочном и непропорциональном применении силы спецназом в отношении примерно 300 людей на площади Независимости 19 декабря 2010 г. не было привлечено ни одного сотрудника милиции или КГБ.

12 мая 2011 года Андрей Санников заявил в суде о применении к нему пыток в СИЗО КГБ. По указанному заявлению уголовное дело не возбуждалось.

По факту избиения Владимира Некляева прокуратура подтвердила, что избиение проводилось сотрудники милиции, однако их действия признаны правомерными.

По факту избиения сотрудниками милиции Майи Абромчик уголовное дело было возбуждено по ст.155 Уголовного кодекса Республики Беларусь (далее УК) (причинение тяжкого или менее тяжкого телесного повреждения по неосторожности), хотя по факту нужно было возбуждать уголовное дело по ст.426 УК (превышение власти или служебных полномочий). 05.10.2011 предварительное расследование было приостановлено в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого. Фамилии сотрудников милиции были указаны в протоколе об административном правонарушении, который составлялся в отношении Майи Абромчик 20.12.2010.

По фактам пыток в СИЗО КГБ никто не привлечен к уголовной ответственности, жертвам пыток не предоставляют возможности ознакомиться с материалами проверки.

Ст.12 Заключительных замечаний комитета против пыток.

Независимость судебной власти

Хотя статья 110 Конституции и статья 22 УПК гарантируют независимость судебной власти,[i] Комитет обеспокоен тем, что другие пункты Белорусского закона, особенно те, в которых написано о правилах поведения и снятии с должности судей, их назначении и сроке пребывания в должности, подрывают независимость судебной системы и не гарантируют независимость судей от исполнительной ветви власти[ii] (ст. 2, 12 и 13). Особое беспокойство вызывает следующее:

a-                 Запугивание и вмешательство в профессиональную деятельность адвокатов, что отмечено Специальным докладчиком по вопросу о независимости судей и адвокатов (A/HRC/17/30/Add.1, para.101). Комитет продолжает беспокоить  тот факт, что Коллегия адвокатов, по закону независимый орган, на практике подчиняется Министерству юстиции, и несколько адвокатов, защищавших задержанных 19 декабря 2010 г., были исключены из Коллегии Министерством юстиции[iii].

b-                 Случаи, когда судья открыто поддерживает обвинение, как, например, в деле Владимира Русскина, который заявил, что ему было запрещено вызвать своих свидетелей, которые бы свидетельствовали в его пользу, при рассмотрении дела о его задержании[iv] 19 декабря 2010 г. Подобное происходило и при рассмотрении множества других дел, касающихся событий 19 декабря 2010 года[v].

В свете предыдущих рекомендаций (A/56/44, para. 46(d)) Комитет призывает государство-участника сделать следующее:

a-                 гарантировать полную независимость судебной власти в соответствии с Базовыми принципами о независимости судебной системы (резолюция Генеральной Ассамблеи 40/146 от 20 декабря 1985 г.);

b-                 обеспечить соответствие выбора, назначения, оплаты труда, пребывания в должности судей объективным критериям, таким, как квалификация, честность, способности, эффективность;

c-                  провести расследование по делам адвокатов, которые представляли интересы задержанных в результате событий 19 декабря 2010 г. и впоследствии были лишены лицензий, среди них – Павел Сапелко, Татьяна Агеева, Владимир Толстик, Олег Агеев, Тамара Гараева, Тамара Сидоренко, – и, соответственно, восстановить действие их лицензий[vi].

Обзор по ст.12 Заключительных замечаний.

За прошедший период принципы и порядок судебного разбирательства дел, связанных с пытками и жестоким обращения не претерпели изменения. Судами не вынесено ни одного решения, связанного с наказанием виновного и компенсацией жертве. Показательными можно назвать итоги реформы уголовного правосудия Беларуси последних лет, которые были направлены на развитие альтернатив уголовному наказанию. Несмотря на возможности применения альтернативных санкций, суды по итогам 2011 года фактически не изменили практику решений по арестам и уголовному наказанию, связанному с лишением свободы.[1]

Ст.14 Заключительных замечаний Комитета против пыток

Мониторинг и инспектирование мест лишения свободы

14.  Комитет обеспокоен отсутствием доступа как правительственных, так и неправительственных международных наблюдательных структур в места содержания под стражей в Беларуси. Комитет выражает сожаление по поводу неудовлетворения заявки на посещение страны, направленной пятью обладателями мандата специальных процедур, в том числе Специальным докладчиком по вопросу о пытках и Рабочей группой по насильственным и недобровольным исчезновениям,[20] а также по поводу оставления без ответа заявок на посещение страны, направленных Управлением Верхового комиссара ООН по правам человека.[21] (ст. 2, 11 и 16)

Комитет призывает государство-участника:

а)  предоставить доступ независимым правительственным и негосударственным организациям в места содержания под стражей на территории страны, в том числе в отделениях милиции, следственных изоляторах, помещениях службы безопасности, в места содержания под стражей по административным обвинениям, изоляторы медицинских и психиатрических учреждений и пенитенциарных учреждений;

б)  укрепить дальнейшее сотрудничество с институтами ООН по защите прав человека, в частности, как можно скорее разрешив посещение страны Специальными докладчиками по вопросу о пытках, о праве на свободу слова, о положении правозащитников в соответствии с принятыми государством-участником обязательствами в контексте универсального периодического обзора (A/HRC/15/16, para.97.17);

в) рассмотреть вопрос об удовлетворении заявки Верховного комиссара по правам человека на посещение страны группой сотрудников УВКПЧ.

 

Обзор по ст.14 Заключительных замечаний.

 

В феврале 2011 года в постановление Совета Министров Республики Беларусь  от 15 сентября 2006 г. № 1220  «Об утверждении Положения о порядке осуществления общественными объединениями контроля за деятельностью органов и учреждений, исполняющих наказание и иные меры уголовной ответственности» вносились изменения, однако они имели декоративный характер и в основном касались лишь изменений по факту переименования структур Министерства юстиции. В соответствии с изменениями появилась возможность осуществлять наблюдение и международным организациям, однако членами комиссий может быть только гражданин Республики Беларусь, что в принципе не изменяет по сути состав комиссий.

Как и прежде комиссии создаются государственными органами, а решение о принятии представителя общественной организации в комиссию принимает Министерство юстиции, при этом не сказано, на каком основании может быть принят отказ, равно как и обжалование такого отказа. Невозможность обжалование отказа включения в состав Комиссии ставит под сомнение их независимость от государства.

Немного расширились права членов комиссии, среди которых, запрашивать у администрации учреждения сведения и документы, необходимые для проведения общественного контроля и подготовки заключений, проводить анкетирование лиц, содержащихся в учреждениях, по форме, утверждаемой Министерством юстиции по согласованию с Министерством внутренних дел. Невозможность проводить анкетирование по разработанным правозащитными организациями анкетам ставит под сомнение возможность независимого мониторинга пенитенциарных учреждений.  Членам Комиссии запрещается: «знакомится с материалами оперативно-служебной деятельности, личными делами заключенных, иными документами, относящимися к исполнению наказаний», осуществлять кино-, фото-, видеосъемку и аудиозапись, «принимать от осужденных письменные обращения». Таким образом, даже если осужденный передает обращение о применении пыток, то члену комиссии запрещено брать у него данное обращение. Данным Положением предусмотрено участие общественных объединений только по социальным и «материальным» направлениям — участие в организации труда, оказание помощи осужденным в подготовке к освобождению и т.п.

Как и ранее комиссиям запрещено посещать следственные изоляторы, места содержания административно арестованных, изоляторы временного содержания и отделения милиции.

Срок полномочий сформированных комиссий истек, а новый состав комиссий если и утвержден, то негласно, – без процедуры и оповещения о формировании наблюдательных комиссий. При этом необходимо отметить, что главное влияние в принятии решений в обеспечении общественного контроля имеет МВД республики, в ведении которого находятся места лишения свободы.

Фактически, существующая система общественного контроля мест лишения свободы в Беларуси не претерпела изменений и существует номинально.

14.08.2012 правозащитник Сергей Устинов, в установленном законом порядке подал заявление в главное управление юстиции Минского областного исполнительного комитета о включении его кандидатуры в члены Минской областной общественной наблюдательной комиссию. 11.09.2012 правозащитник получил ответ №7-8/2964-1 за подписью заместителя начальника главного управления юстиции об отказе во включение в наблюдательную комиссию. Из ответа не следует никаких оснований об отклонении кандидатуры на включение в общественную наблюдательную комиссию.

 

Ст.27 Заключительных замечаний Комитета против пыток

Смертная казнь

Комитет озабочен докладами о плохих условиях содержания лиц, приговоренных к смертной казни, и об атмосфере секретности и произвола при проведении смертной казни, сведениями о том, что родственники приговоренных получают информацию об исполнении приговора лишь через несколько дней или недель после казни, у них нет возможности последнего свидания с родственником, тела не выдают семьям для погребения, не сообщают о месте захоронения. Более того, Комитет обеспокоен сведениями, что основные законные права приговоренных к смерти не соблюдаются, а также разногласиями в отчетах властей и других источников[vii]. Комитет отмечает тот факт, что парламентская комиссия продолжает рассматривать возможность введения моратория на смертную казнь, но при этом сожалеет о приведении в исполнение смертного приговора в отношении двух осужденных, дела которых находились на рассмотрении Комитета по правам человека, несмотря на просьбу о принятии временных мер (Communication Nos. 1910/2009 and 1906/2009) (art. 16).

Государство должно принять все необходимые меры для улучшения условий содержания лиц, приговоренных к смертной казни, а также обеспечить им оказание всех видов защиты, предусмотренных Конвенцией. Кроме того, следует изменить атмосферу  секретности и произвола, окружающую смертную казнь, чтобы члены семьи не испытывали дополнительных страданий и чувства неопределенности. Кроме того, Комитет рекомендует государству-участнику рассмотреть вопрос о ратификации второго Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах, направленного на отмену смертной казни.

Обзор по ст.27 Заключительных Замечаний.

15 марта 2012 года по обвинению в совершении террористического акта в минском метро 11 апреля 2011 года были расстреляны Владислав Ковалев, предполагается, что в этот же день – Дмитрий Коновалов. Они были приговорены судьей Верховного Суда Республики Беларусь к смертной казни 30 ноября 2010 года. Они были расстреляны несмотря на то, что сроки о подаче надзорной жалобы не истекли, и жалоба на имя председателя Верховного Суда Республики Беларусь готовилась адвокатом.

В Комитет по правам человека было подано и в последующем зарегистрировано сообщение от имени Владислава Ковалева было о нарушении Статей 6 (1, 2),  7,  9 (1, 3),  14 (1, 2, 3g, 5) Пакта при расследовании и рассмотрении судом его дела. Комитет выслал правительству Беларуси ноты о том, чтобы в рамках промежуточных мер защиты не применять смертную казнь в отношении него, пока дело не рассмотрено в комитете.

Дату казни ни приговоренный к смерти, ни его адвокат, ни родственники заранее не знают. Тела для захоронения родственникам не выдают, о месте захоронения им не сообщается.


[1] Доклад В.М.Хомича, доктора юридических наук, профессора, директора Научно- практического центра проблем укрепления законности и правопорядка Генеральной прокуратуры Республики Беларусь на конференции «Исполнение уголовных наказаний и иных мер уголовной ответственности», г. Минск, 26 апреля 2012 года.


[i] CAT/C/BLR/4, paras. 69-70.

[ii]  E/CN.4/2001/65/Add.1, para.108; A/56/44, paras. 45 (f), (g) and 46 (d); CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-8; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77-101; E/CN.4/2005/6/Add.3, para.79; OSCE report, paras. 82-105.

[iii]  CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-7; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77-101; European Parliament, resolution of 10 March 2011 on Belarus, para.7.

[iv] CAT/C/BLR/Q/4, para.8(a); A/HRC/10/44/Add.4, para.19.

[v] UN High Commissioner for Human Rights, oral report to the  18th session of the HRC.

[vi] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 279-326.

[vii] A/HRC/13/39/Add.1, para.14; CAT/C/BLR/Q/4, para.39; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.31.

Вы можете следить за комментариями к этой странице через RSS 2.0 ленту. Вы можете оставить комментарий к этой странице.

Комментировать

— Это не спам (обязательно, если вы не робот)

 
Каталог TUT.BY Rating All.BY