Па-беларуску На русском
Правозащитники Против Пыток >> News >> О жизни в исправительных колониях – ИК-17. Рассказ бывшего заключенного. Продолжение

О жизни в исправительных колониях – ИК-17. Рассказ бывшего заключенного. Продолжение

Продолжаем публикацию рассказа Дениса (имя героя изменено), отбывавшего наказание по 328 статье УК.

Про охрану труда и защиту своих прав

Мне мало времени оставалось до освобождения, поэтому я работать не особенно стремился. Говорил офицеру: «Почему вы не провели со мной первичный инструктаж на рабочем месте?» Офицер мне в ответ: «Денис, ты что самый умный? Распишись лучше за то, что мы провели с тобой инструктаж». Тогда я отвечал, что ничего подписывать не буду. Предлагал им провести со мной инструктаж, назначить мне стажировку, потому что этот вид работ мне неизвестен. Говорил, что не хочу получить травму. Понимал, что осталось сидеть 1,5 месяца, поэтому и давил до последнего. Сразу предупредил парней из отряда, что буду идти до конца.

Другие заключенные расписывались в журналах, потому что у них сроки большие, потому что боялись потерять посылки и свидания. Их не запугивали, просто предупреждали: “Ну ты же захочешь на трое суток пойти. Захочешь дополнительный вынос”. И люди подписывали. Те, кто хотел пройти на УДО или на замену режима тоже все подписывали.

Хотя многие спорили, говорили о том, что не устраивает. Ответ был простой: «Что-то не устраивает? Пожалуйста, ШИЗО для всех открыто». И в ШИЗО я попадал только из-за споров об условиях труда.

Про ШИЗО и новую администрацию

Как-то уже после того, как нас перевели работать «на металлы», пошли в составе трех отрядов к администрации, чтобы сказать о том, что цех, в котором мы работаем, не соответствует никаким стандартам: отапливается плохо, с потолка течет, холодный, сырой.  Мы не хотели работать в таких условиях. Все закончилось быстро. Заместитель начальника по режимно – оперативной работе спросил: “Зачем вы пришли?” Я ответил: «Течет крыша, а в цеху лужи”. Тогда он просто указал на меня и говорит: «Вот этот едет в ШИЗО». Вот так меня выдернули из строя за четыре слова, два предлога. И за 35 дней до освобождения. Попал тогда на 10 суток.

Человека в ШИЗО не сразу закрывают. Сначала офицер пишет акт, а заключенный объяснительную, где подробно излагает свою позицию. Я тогда все описал, указал, что считаю акт составленным неправильно, что целью подобных действий со стороны администрации было устрашение других осужденных. Потом прихожу со всем этим к начальнику колонии, а он мне со старта: «Слушай, борец за правду, давай-ка ты на 10 суток”.

При прежнем начальстве, чтобы попасть в ШИЗО, нужно было сильно постараться. Ездили некоторые люди, но они знали, за что ездят. В то время сидело, например, 15 человек в ШИЗО и 10 – в БУРе (барак усиленного режима), а при новой администрации сидит уже 70-80 человек в ШИЗО и около 30 – в БУРе.  В целом, при прежней администрации питание хоть и было хуже, но режим значительно легче.

Новые руководители начали «ломать» устоявшийся режим. Перекроили все: распорядок дня, людей переводили из отряда в отряд. Делали отряды такими, как нужно им самими. Бывало, что в день переводили по 40-50 человек. Те, кто озвучивал свои требования и радел за правду, отправлялись в ШИЗО.

Как правило, многое зависело и от того, что офицер про тебя в рапорте напишет, но ситуации могли быть разные. Вот у меня и отрядник был адекватный, но в той ситуации он прямо сказал, что за меня уже другие «походатайствовали», поэтому то, как он меня представит, уже ничего не решит. И он не ошибся: я получил 10 суток. 

Про свободное время, отсутствующего психолога, развлечения и ужин

Ужин у нас был в 18:00. Давали картошку, овощи, почти всегда с мясом или рыбой. Только одну неделю почему-то вместо рыбы шла кабачковая икра. Десертов или сладостей ни разу не было, а на праздники питание ничем от стандартного не отличалось. Никаких праздничных ужинов ни на Новый год, ни на Пасху мы не получали.

На Новый год сами готовили салаты, пили чай, кофе. Алкоголь никак не пронесешь. Это могли сделать единицы, поэтому стол у нас был безалкогольный.

После ужина, фактически, шло свободное время, которое свободным временем не называлось. По расписанию стоит, например, проведение лекций, работа  с психологом, но этого не было. За свои два года психолога я видел один раз: приезжала какая-то проверка и нас собрали на лекцию в актовом зале. Года полтора я даже не догадывался, что в колонии есть психолог. Узнать о его существовании можно было, разве что изучив расписание лекций на стендах.

Обычно к нам приходили работники и говорили: «Ребята, с вами сегодня такая-то работа проведена». Мы не возражали, потому что это значило, что не нужно никуда ходить. Каждый мог заниматься своими делами. В распорядке дня подобные мероприятия стояли каждый вечер.

Играли в шашки, карты, нарды. Карты у всех были и играли в основном на деньги, но я вообще не играл. Театр приезжал, музыканты из Шклова, из Минска выступали. Давали концерты и заключенные, которые занимались самодеятельностью. Попасть на любое мероприятие можно было свободно. Даже предупреждать никого не нужно. Собрался и пошел.

Работал стадион, качалка. В качалку ходили по заявлениям, но мне это было неинтересно, поэтому с подробностями я не знаком.

Про футбол и Лигу чемпионов

Постоянно проводились чемпионаты по футболу, по баскетболу, по волейболу, по силовым упражнениям. При прежнем начальстве чемпионаты проходили с инициативы осужденных, но при поддержке администрации, при новом – начались серьезные проблемы с доступностью стадиона. Вы приходите играть, все бумаги в порядке, а на стадион не пускают. Говорят, кто-то там запретил.

Я играл в футбол и волейбол. У нас была своя футбольная лига на 15 команд. Не все отряды принимали участие. Как в любом другом чемпионате играли по два матча с каждой из команд. Сезон длился все теплое время, с апреля по октябрь. У нас было составлено подробное расписание, подписанное администрацией. Команд много, играть могли только вечером. В воскресенье и субботу играли весь день. Все желающие имели возможность прийти на стадион поболеть, хотя по правилам, даже болельщики должны приходить по спискам.

После отбоя смотреть телевизор было нельзя, а в нашем часовом поясе Лига Чемпионов начинается после отбоя, но разве можно пропустить Лиги чемпионов? Два человека становились наблюдать «на окно», а остальные смотрели футбол после отбоя.

Про книги, обучение и телефоны

Библиотека была, но небольшая. Я думаю, что больше книг на руках гуляло. В колонии можно найти любую литературу, в том числе и юридическую. Компьютером воспользоваться возможности не было, но мобильные телефоны у заключенных были. Обычно хватало разрешенных звонков, но когда нужно найти телефон, проблемы это не представляло.

Парень  в отряде при мне восстанавливался на «заочку» и собирался продолжать учебу. Это было в 2017 году, поэтому чем история закончится, я пока не знаю.

Еще в колонии существовало обучение рабочим специальностям, куда мог записаться любой желающий. Правда обучения как такового не было, только на бумаге. Все записавшиеся через какое-то время получали «корки».

 

Маргарита Корбут

Вы можете следить за комментариями к этой новости через RSS 2.0 ленту. Вы можете оставить отзыв, либо поделиться ссылкой.

Комментировать

— Это не спам (обязательно, если вы не робот)



Каталог TUT.BY Rating All.BY