Па-беларуску На русском

Бондаренко против Беларуси

O.        Сообщение № 886/1999 Бондаренко против Беларуси*

(Соображения приняты 3 апреля 2003 года, семьдесят седьмая сессия)

Представлено: Натальей Щедко (представлена адвокатом г‑жой Татьяной Протко)

 

Предполагаемая жертва: автор и ее сын Антон Бондаренко (покойный)

 

Государство-участник: Беларусь

 

Дата сообщения: 11 января 1999 года

 

             Комитет по правам человека, образованный в соответствии со статьей 28 Международного пакта о гражданских и политических правах,

на своем заседании 3 апреля 2003 года,

              завершив рассмотрение сообщения № 886/1999, представленного Комитету по правам человека от имени г-жи Натальи Щедко и г-на Антона Бондаренко в соответствии с Факультативным протоколом к Международному пакту о гражданских и политических правах,

приняв во внимание всю письменную информацию, представленную ему автором сообщения и государством-участником,

принимает следующее:

Соображения в соответствии с пунктом 4 статьи 5 Факультативного протокола

 1.1       Автором сообщения является гражданка Беларуси г-жа Наталья Щедко.  Она действует от собственного имени и от имени своего покойного сына Антона Бондаренко, также гражданина Беларуси, который на момент представления сообщения, 11 января 1999 года, содержался под стражей в камере смертников, после того как он был признан виновным в совершении убийства и приговорен к смертной казни.  Она утверждает, что ее сын является жертвой нарушения Республикой Беларусь1 статей 6 и 14 Международного пакта о гражданских и политических правах.  Из ее заявлений явствует, что сообщение также вызывает вопросы по статье 7 Пакта.  Автор представлена адвокатом.

1.2       28 октября 1999 года в соответствии с правилом 86 своих правил процедуры Комитет по правам человека, действуя через своего Специального докладчика по новым сообщениям, обратился с просьбой к государству-участнику не приводить в исполнение смертный приговор, вынесенный г-ну Бондаренко, до тех пор пока Комитет не завершит рассмотрение данного дела.  Поскольку из представления государства-участника от 12 января 2000 года стало известно, что вынесенный г-ну Бондаренко смертный приговор был приведен в исполнение, причем дата приведения приговора в исполнение не указывалась, Комитет обратился с конкретными вопросами как к автору, так и к государству-участнику2.  Из полученных ответов удалось установить, что г-н Бондаренко был казнен в июле 1999 года3, т.е. до даты регистрации сообщения Комитетом.

1.3       Комитет с сожалением отмечает, что на тот момент, когда он смог направить свое уведомление в соответствии с правилом 86, смертный приговор уже был приведен в исполнение.  Комитет понимает сложившуюся ситуацию и будет обеспечивать, чтобы дела, в отношении которых может возникнуть необходимость направления уведомлений в соответствии с правилом 86, рассматривались достаточно быстро, с тем чтобы его просьбы могли быть удовлетворены.

 

____________________

*           В рассмотрении данного сообщения участвовали следующие члены Комитета:  г‑н Нисуке Андо, г‑н Прафуллачандра Натварлал Бхагвати, г-н Франко Депаскуале, г‑н Вальтер Келин, г-н Ахмед Тауфик Халиль, г‑н Раджсумер Лаллах, г-н Рафаэль Ривас Посада, сэр Найджел Родли, г-н Мартин Шейнин, г-н Иван  Ширер, г‑н Иполито Солари Иригойен, г-жа Рут Уэджвуд, г-н Роман Верушевский и г‑н Максуэлл Ялден.

Факты в изложении автора

 2.1       Г-н Бондаренко был обвинен в совершении убийства и ряда других преступлений, признан виновным по выдвинутым против него обвинениям и приговорен 22 июня 1998 года Минским областным судом к высшей мере наказания ‑ расстрелу.  21 августа 1998 года это решение было подтверждено Верховным судом.  Согласно судебной оценке фактов, 25 июля 1997 года г-н Бондаренко незаконно проник в частный дом в сопровождении несовершеннолетнего Воскобойникова и, угрожая ножом, заставил хозяев открыть сейф.  Забрав ценности из сейфа, г-н Воскобойников предупредил г‑на Бондаренко о том, что одно из находившихся в доме лиц, г-н Куриленков, выдаст их, и предложил г-ну Бондаренко убить его.  Г‑н Бондаренко дважды нанес г-ну Куриленкову ножевые ранения в область шеи.  Г-н Воскобойников продолжал наносить ножевые ранения г-ну Куриленкову в область шеи и туловища своим собственным ножом.  Бабушка Куриленкова, г-жа Мартыненко, была также убита, когда она открыла входную дверь:  г‑н Воскобойников столкнул ее вниз по лестнице в подвал и затем несколько раз ударил ножом.

2.2       Согласно утверждению автора, по заключению судебно-медицинской экспертизы Куриленков скончался от множественных ранений, нанесенных в область шеи и туловища с повреждением левой яремной вены и гортани и отягощенных обильным внутренним кровоизлиянием и острым травматическим шоком.  По мнению автора, в ходе судебного разбирательства было доказано, что г-н Бондаренко нанес ножевые ранения г‑ну Куриленкову только дважды, что, с точки зрения автора, не могло явиться причиной его смерти.  Что касается убийства г-жи Мартыненко, то автор считает, что имеются неопровержимые доказательства невиновности г-на Бондаренко.  24 августа 1998 года г‑н Воскобойников якобы признался, что во время следствия и судебного разбирательства он давал ложные показания, обвиняя Бондаренко.  Ранее он отказывался указать местонахождение орудия убийства – своего ножа, которым он совершил оба убийства, – однако в настоящее время он сообщил, где оно было спрятано, и таким образом можно было бы возобновить рассмотрение данного дела и провести доследование.

2.3       Автор заявляет, что председатель Верховного суда отказался даже приобщить нож к числу фигурирующих в деле улик, настаивая на том, что он не является достаточным доказательством в подтверждение заявления о том, что г-н Бондаренко не принимал участия в совершении этих убийств.  Таким образом, суд, как утверждается, отказался приобщить к делу улику в защиту сына автора, которая могла бы смягчить степень его вины и доказать, что он не принимал активного участия в этих убийствах.

Жалоба

 3.1       Автор утверждает, что внутренние суды не располагают четкими и неопровержимыми уликами в подтверждение того, что ее сын был виновен в совершении этих убийств.  Она считает, что председатель Верховного суда проигнорировал свидетельские показания второго обвиняемого (данные им после судебного разбирательства) и отказался приобщить к делу улику, которая могла бы смягчить степень вины ее сына.  По ее словам, это подчеркивает предвзятое отношение суда по отношению к ее сыну, и такой суд не может считаться независимым и беспристрастным.  Она считает, что это представляет собой нарушение статей 6 и 14 Пакта.

3.2       Из материалов дела, хотя автор и не упоминает непосредственно эти положения, также явствует, что данное сообщение может вызвать вопросы по статье 7 Пакта, в том что касается отказа предоставить автору информацию о дате приведения в исполнение приговора и месте захоронения ее сына.

3.3.      Наконец, данное сообщение, очевидно, вызывает вопросы в связи с соблюдением государством-участником его обязательств по Факультативному протоколу к Пакту, поскольку в нем утверждается, что государство-участник привело в исполнение приговор в отношении сына автора, хотя и до регистрации сообщения Комитетом, однако после того, как автор проинформировала адвоката, тюремную администрацию и Верховный суд о том, что она представила сообщение.

Замечания государства-участника

 4.1       В ноте от 12 января 2000 года государство-участник представило свои замечания, указав, что г-н Бондаренко был привлечен к судебной ответственности и 22 июня 1998 года был признан виновным Минским областным судом в совершении преступлений, перечисленных в статьях 89, 90, 96 и 100 Уголовного кодекса Республики Беларусь4.  Он был приговорен к смертной казни с конфискацией имущества.  Тем же судебным решением г-н Воскобойников был приговорен по аналогичным обвинениям к 10 годам тюремного заключения с конфискацией имущества5.

4.2       Государство-участник считает, что имеющиеся по данному делу улики неоспоримо доказывают виновность г-на Бондаренко и г-на Воскобойникова в совершении вооруженного нападения на г-жу Мартыненко и г-на Куриленкова и их убийства при отягчающих вину обстоятельствах.

4.3       По утверждению государства-участника, хотя г-н Воскобойников и отрицал свое участие в совершении убийств, имеющиеся доказательства свидетельствуют о его виновности.  Следствие и суд установили, что г-н Бондаренко и г-н Воскобойников вместе совершили убийство г‑жи Мартыненко и г‑на Куриленкова и что они оба наносили удары колющим оружием.  Таким образом, заявление г‑на Воскобойникова о том, что он давал ложные показания в ходе следствия и судебного разбирательства и ложно обвинил Бондаренко, является необоснованным.

4.4       Государство-участник утверждает, что судебная оценка действий г-на Бондаренко и г‑на Воскобойникова является правильной.  Приняв во внимание характер преступлений, совершенных г‑ном Бондаренко, значительную степень их общественной опасности, а также мотивы и методы обвиняемого и предыдущую информацию, которая негативно характеризует его личность, суд пришел к заключению, что г‑н Бондаренко представлял собой особую угрозу для общества, и вынес ему смертный приговор.

4.5       Государство-участник считает, что все аспекты дела были тщательно изучены в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства.  Таким образом, нет никаких оснований для того, чтобы ставить под сомнение решение суда.

4.6       В заключение, государство-участник сообщает, что вынесенный г-ну Бондаренко приговор был приведен в исполнение, однако не указывает конкретной даты.

Замечания автора

 5.1       В своих замечаниях от 29 января 2001 года адвокат касается утверждений государства-участника о том, что суд правильно охарактеризовал действия г‑на Бондаренко и г-на Воскобойникова, а также о том, что следствие и суд установили, что они вместе убили г-жу Мартыненко и г-на Куриленкова.  Однако адвокат указывает на то, что судебно-медицинская экспертиза заключила, что г-н Куриленков умер от множественных ранений, нанесенных в область шеи и туловища, левой щеки и гортани в сочетании с обильным кровотечением и острым травматическим шоком.  Суд установил, что г-н Бондаренко ударил г-на Куриленкова ножом дважды, что, по мнению адвоката, не являлось и не могло являться причиной смерти.

5.2       Адвокат напоминает, что г-н Воскобойников признал, что убийство г‑жи Мартыненко он совершил в одиночку.  Использованный в качестве орудия убийства нож не был приобщен к делу.

5.3       В этой связи адвокат делает заключение о том, что смертный приговор, вынесенный г-ну Бондаренко, являлся нарушением статьи 6 Пакта.  Так или иначе приговор был приведен в исполнение.

Дополнительные замечания, представленные автором и государством-участником

 6.1       После того как Комитет 11 июля 2002 года направил сторонам письмо с просьбой представить информацию о дате приведения приговора в исполнение6, 24 июля 2002 года адвокат представила следующие замечания.  Она сообщила, что, по утверждению автора, она получила свидетельство о смерти, которое было датировано 26 июля 1999 года и в котором было указано, что ее сын был казнен 24 июля 1997 года7.  Далее адвокат заявляет, что в Беларуси смертные приговоры приводятся в исполнение тайно.  Ни осужденному, ни членам его семьи не сообщают о дате казни8.  Всех приговоренных к высшей мере наказания переводят в Минский следственный изолятор № 1 (СИЗО-1), где их содержат в отдельных “камерах смертников” и где им выдают (полосатую) одежду, отличающуюся от одежды других заключенных.

6.2       Адвокат сообщает, что казни проводятся в специальном месте солдатами из состава “Комитета по приведению приговоров в исполнение”.  Казнь производится исполнителем посредством пистолетного выстрела.  Пистолет выдается исполнителю начальником следственного изолятора.  После казни врач в присутствии прокурора и представителя тюремной администрации оформляет соответствующий документ, удостоверяющий смерть.

6.3       Адвокат также сообщает, что останки казненного заключенного доставляются ночью на одно из минских кладбищ, где солдаты хоронят их, не оставляя каких-либо различимых упоминаний об имени заключенного или о точном расположении места его захоронения.

6.4       Адвокат указывает, что, после того как о приведении в исполнение казни сообщают суду, вынесшему смертный приговор, суд информирует об этом членов семьи казненного заключенного.  После этого родственникам заключенного в городском бюро записи актов гражданского состояния выдается свидетельство о смерти, где в графе о причине смерти указывается судебное решение.

6.5       Не приводя каких-либо дополнительных подробностей, адвокат утверждает, что г‑жа Щедко поставила в известность адвоката своего сына, Верховный суд и тюремные власти о том, что она представила сообщение в Комитет по правам человека до фактической казни ее сына.

7.1       12 сентября 2002 года государство-участник ответило на запрос7 Комитета, касающийся даты казни сына автора и уточнения момента, когда государству-участнику стало известно о наличии сообщения.  Оно указало, что г-н Бондаренко был казнен 16 июля 1999 года на основании приговора Минского областного суда от 22 июля 1998 года.  Государство-участник подчеркнуло, что нота Управления Верховного комиссара ООН по правам человека, в которой сообщалось о регистрации сообщения, была датирована 28 октября 1999 года и что, таким образом, приговор был приведен в исполнение за три месяца до того, как государству-участнику стало известно о регистрации сообщения в соответствии с Факультативным протоколом.

7.2       Государство-участник не представило дальнейших замечаний по поводу утверждений автора.

Вопросы и процедура их рассмотрения в Комитете

 Предполагаемое нарушение Факультативного протокола

 8.1       По утверждению автора, государство-участник нарушило свои обязательства по Факультативному протоколу, казнив ее сына, несмотря на тот факт, что сообщение было направлено в Комитет и автор проинформировала об этом адвоката своего сына, тюремные власти и Верховный суд до приведения в исполнение приговора, вынесенного ее сыну, и до официальной регистрации сообщения в соответствии с Факультативным протоколом.  Государство-участник прямо не опровергает это утверждение автора, однако указывает, что ему стало известно о регистрации сообщения автора в соответствии с Факультативным протоколом из вербальной ноты от 28 октября 1999 года, т.е. через три месяца после казни.  В своей предыдущей правовой практике Комитет уже рассматривал действия государства-участника, идущие вразрез с его обязательствами по Факультативному протоколу, когда оно осуществляло казнь лица, представившего сообщение на рассмотрение Комитета, при этом учитывался не только тот факт, что Комитет явно просил о применении временных мер защиты, но также и необратимый характер высшей меры наказания.  Вместе с тем, с учетом обстоятельств настоящего сообщения, а также в свете того факта, что решение по первому делу, в рамках которого Комитет установил нарушение Факультативного протокола в связи с казнью лица, чье дело находилось на рассмотрении Комитета10, было принято и опубликовано после казни г-на Бондаренко, Комитет не может считать государство-участник ответственным за нарушение Факультативного протокола в связи с казнью г‑на Бондаренко, имевшей место после представления сообщения, но до его регистрации.

Рассмотрение вопроса о приемлемости

 9.1       Перед рассмотрением любых утверждений, содержащихся в сообщении, Комитет по правам человека должен в соответствии с правилом 87 своих правил процедуры принять решение о его приемлемости или неприемлемости согласно Факультативному протоколу.

9.2       Комитет отмечает, что этот вопрос не рассматривается в соответствии с какой-либо другой международной процедурой и что внутренние средства правовой защиты были исчерпаны.  Таким образом, условия, поставленные в подпунктах а) и b) пункта 2 статьи 5 Факультативного протокола, соблюдены.

9.3       Комитет принял к сведению утверждения автора о том, что у суда не было явных, убедительных и неопровержимых доказательств, подтверждающих виновность ее сына в совершении убийств, и что председатель Верховного суда не принял во внимание показания другого обвиняемого по делу ее сына, которые тот дал после судебного разбирательства, а также отказался приобщить к делу улику, которая могла смягчить степень вины ее сына.  По мнения автора, это убедительно доказывает предвзятое отношение суда, в том что касается вины ее сына, и свидетельствует об отсутствии независимости и беспристрастности суда в нарушение статей 6 и 14 Пакта.  Таким образом, эти утверждения ставят под сомнение оценку фактов и доказательств судами государства-участника.  Комитет напоминает, что обычно рассмотрение фактов и доказательств по конкретному делу является функцией судов государства – участника Пакта, за исключением тех случаев, когда можно доказать, что оценка доказательств являлась явно произвольной, либо представляла собой отказ в правосудии, либо если суд каким-либо иным образом нарушил свое обязательство, касающееся его независимости и беспристрастности.  Находящаяся на рассмотрение Комитета информация не дает оснований утверждать, что решения Минского областного суда и Верховного суда страдают такими недостатками, даже для целей приемлемости.  Таким образом, эта часть сообщения является неприемлемой в соответствии со статьей 2 Факультативного протокола.

9.4       Комитет считает, что остальные утверждения автора, а именно:  что власти не проинформировали либо через приговоренного к казни заключенного, либо непосредственно его семью о дате казни, а также что власти не сообщили ей точного места захоронения, свидетельствуют о нарушении Пакта и являются приемлемыми, поскольку вызывают вопросы, подпадающие под действие статьи 7 Пакта.

9.5       Таким образом, Комитет объявляет сообщение приемлемым, в том что касается фактов, кратко изложенных в пункте 9.4 выше, и приступает к рассмотрению данной жалобы по существу.

Рассмотрение дела по существу

 10.1     Комитет по правам человека рассмотрел настоящее сообщение в свете всей информации, представленной ему сторонами, как это предусмотрено в пункте 1 статьи 5 Факультативного протокола.

10.2     Комитет отмечает, что утверждение автора о том, что ее семья не была проинформирована ни о дате, ни о часе, ни о месте казни ее сына, ни о точном месте его последующего захоронения, осталось неопровергнутым.  При отсутствии какого-либо опровержения данного утверждения государством-участником и какой-либо другой соответствующей информации от государства-участника относительно практики приведения в исполнение приговоров к смертной казни следует уделить должное внимание утверждению автора.  Комитет понимает продолжающиеся душевные страдания и психический стресс, причиненные автору как матери приговоренного к смертной казни заключенного, в результате продолжающейся неопределенности в отношении обстоятельств, приведших к его казни, а также места его захоронения.  Комитет считает, что обстановка полной секретности в отношении даты казни и места захоронения и отказ в выдаче тела для захоронения равноценны запугиванию или наказанию семей, поскольку их намеренно оставляют в состоянии неопределенности и психических страданий.  Комитет считает, что первоначальный отказ властей уведомить автора о запланированной дате казни ее сына и их последующий настойчивый отказ сообщить ей место его захоронения представляют собой бесчеловечное обращение с автором в нарушение статьи 7 Пакта.

11.       Комитет по правам человека, руководствуясь пунктом 4 статьи 5 Факультативного протокола, пришел к выводу о том, что имеющиеся в его распоряжении факты подтверждают нарушение статьи 7 Международного пакта о гражданских и политических правах.

12.       В соответствии с пунктом 3 а) статьи 2 Пакта государство-участник обязано обеспечить автору эффективное средство правовой защиты, включая информацию о месте захоронения ее сына и компенсацию за перенесенные страдания.  Государство-участник также обязано не допускать аналогичных нарушений в будущем.

13.       С учетом того, что, став участником Факультативного протокола, государство-участник признало компетенцию Комитета определять, имело ли место нарушение Пакта и что согласно статье 2 Пакта государство-участник обязалось гарантировать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, признаваемые в Пакте, и обеспечивать им эффективное и обладающее исковой силой средство правовой защиты в случае установления нарушения, Комитет хотел бы получить от государства-участника в течение 90 дней информацию о мерах, принятых для претворения в жизнь соображений Комитета.  Кроме того, государству-участнику предлагается опубликовать соображения Комитета.

[Принято на английском, французском и испанском языках, причем языком оригинала является английский.  Впоследствии будет издано также на арабском, китайском и русском языках в качестве части настоящего доклада.]


Примечания

1           Международный пакт о гражданских и политических правах вступил в силу для государства-участника 23 марта 1976 года, а Факультативный протокол – 30 декабря 1992 года.

 2           11 июля 2002 года Комитет запросил следующую информацию:

а)          у государства-участника:

1.         когда конкретно была произведена казнь;  и

2.         когда государство-участник узнало о наличии сообщения?

b)         у автора:

1.         когда приговор к смертной казни был приведен в исполнение;  и

2.         проинформировали ли вы государство-участник о представлении сообщения в Комитет по правам человека до регистрации настоящего дела.

3           По сообщению автора, ее сын был казнен 24 июля 1999 года;  государство-участник приводит в качестве даты 16 июля 1999 года.

4           Однако государство-участник не представило текста соответствующих статей.

5           Суд принял во внимание тот факт, что на момент совершения преступления г‑н Воскобойников являлся несовершеннолетним.

6           См. сноску 2.

7           См. сноску 3.

8           Автор представила копию статьи 175 Уголовно-исполнительного кодекса Беларуси.  В нем, в частности, предусмотрено, что приговоры к смертной казни приводятся в исполнение путем расстрела.  Во время приведения приговора в исполнение присутствуют прокурор, представитель тюрьмы, где осуществляется приведение приговора в исполнение, и врач.  В исключительных случаях и с согласия прокурора допускается присутствие других лиц.  Врач констатирует смерть и оформляет соответствующий протокол.  Тюремная администрация обязана проинформировать суд, который вынес приговор, а этот суд информирует одного из родственников казненного.  Тело казненного не выдается для захоронения, а место захоронения не сообщается семье или родственникам.

9           См. сноску 2.

10          Сообщение № 869/1999 Пиандионг и др. против Филиппин.

11          Сообщения № 839/1998, 840/1998 и 841/1998 Мансарадж и др. против Сьерра-Леоне, Гборье и др. против Сьерра-Леоне и Сесай и др. против Сьерра-Леоне, пункт 5.1 и далее;  сообщение № 869/1999 Пиандионг и др. против Филиппин, пункт 5.1 и далее, и сообщение № 580/1994 Глен Эшби против Тринидада и Тобаго.

 



Каталог TUT.BY Rating All.BY