Па-беларуску На русском
Правозащитники Против Пыток >> News >> Рассказы бывших сидельцев: Вилейский ИВС и Жодинское СИЗО. Продолжение.

Рассказы бывших сидельцев: Вилейский ИВС и Жодинское СИЗО. Продолжение.

Мы продолжаем публикацию статей по условиям содержания людей в местах несвободы. На этот раз мы разыскали Виталия (имя изменено), которому, к счастью, не довелось побывать в колонии, но «повезло» провести какое-то время  сначала в Вилейском ИВС, а потом и в СИЗО в  Жодино.

Жодино: этап, заселение, «шмон».

Недели через две после моего попадания в ИВС нас собрали и повезли по этапу в Жодинскую тюрьму. Приехали. Расставили всех, зачитали личные дела, распределили по разным группам. Например, подельники должны стоять в отдалении друг от друга. Первоходов (тех, кто попал в места несвободы впервые) поставили в одну сторону, строгачей (бывалых) – в другую. Потом отвели на карантин.

Карантин (в простонародье «отстойник») – это небольшая одиночная камера в подвале, полностью упакованная в железо. Скорее всего, бывший карцер, а может и не бывший. Сидишь там часами. Людей постоянно подводят. Где-то к обеду в крохотный «отстойник» набивается человек двадцать. Кто стоит, кто сидит. Мы попеременно уступали друг другу место. Люди же разные: и пожилые есть, и недавние подростки, и с инвалидностью. Многим стоять тяжело.

Тех, кто первый раз попал в тюрьму, больше всего дергают: то нужно отпечатки пальцев откатать, то сходить на фотографирование, то кровь сдать, то к «оперу» на ковер. У меня он быстро посмотрел дело и спросил: «Ментов не любишь?» А потом написал карандашом номер камеры.

После карантина тебя выводят сразу на «шмон» (досмотр). Запирают в «стакане» (очень маленькая комната без мебели и окон, по размерам как туалет в типовой «панельке»). Во время досмотра приходится полностью раздеваться, приседать. Потрошат все твои вещи.

Особенно жесткий «шмон» у первоходов. Я взял из дома пластиковый израильский термос, а он сотруднику, который нас досматривал, понравился. Состоялся у меня с ним такой разговор: «Зачем тебе термос?» – «Пускай будет». – «Так нельзя же». – «Тогда на склад несите». – «А может не надо на склад?» – и хитро так улыбается. Стояли мы с ним торговались. В итоге я твердо сказал: «Несите термос на склад». А ему для этого нужно какие-то бумажки заполнять, да и термос понравился. Говорит: «На склад так на склад». И давай звереть: сорвал обложки со всех книг, которые я с собой вез, сахар, чай, другие продукты из пакетов высыпал, сигареты разбросал. Единственное, что не тронул – это Уголовный кодекс. Почему, не знаю, может суеверный.

Потом была баня. После бани чувствуешь себя получше. Если попадется адекватная смена, то можно и чая попросить. Потом всех в «отстойнике» собирают, и конвой начинает по хатам (камерам) разводить. Это занимает много времени, потому что конвой один, а людей много. По вторникам и пятницам обычно аншлаг, когда подвозят народ из регионов.

Со мной по этапу ехал парень со строгача, а потом мы с ним и в один «отстойник» попали. Он нам первоходам и помог: рассказал, как себя вести, как функционирует система. Успокоил даже.

Про хату, сон по очереди и стратегическое сало.

При заселении в хату ты попадаешь только к ночи: свет или уже погасили, или вот-вот погасят. Мало времени, чтобы освоиться. Только и успеваешь, что познакомиться со всеми да выпить чая, а тут уже надо определяться, где ложиться спать.

Хата рассчитана на 8-10 человек. Перенаселение практически всегда. Спальных мест на всех не хватает, поэтому ночью часто 1-2 человека не спят. Их называют крепящими. Обычно ребята договаривались между собой, кто будет крепить. И я, было дело, не спал. С нами сидел один парень, который любил рисовать. На него вдохновение почему-то именно ночью находило. Так он постоянно крепить вызывался. Ночью рисовал, а днем отсыпался. Хороший парень, я, когда хотел с ним пообщаться, тоже спать не ложился.

Кто не спал ночью, ложился отдыхать днем. Сотрудники тюрьмы его не дергали. Еще есть такое правило: даже если не хватает «шконок» (спальных мест), но приезжает новый человек из ИВС, то ему всегда найдется место, где отдохнуть. Все понимают, что он только с этапа и устал. Это по-человечески, что ли. Когда я заезжал, свободных мест не было, но один парень на следующий день должен был идти по этапу. Ну и другие ребята его провожали, разговаривали, чай вместе пили. А я тогда спал на его месте.

Постельное белье выдают каждому, хоть «шконок» и не хватает, но могут выдать только на следующий день.

Самое большое перенаселение, которое в нашей хате было – 4 человека, правда, такое случается редко. Порой и свободные «шконки» бывают.

Когда заходишь в хату, видишь справа «бар» – металлический шкаф с открытыми отсеками для хранения. Отсеков меньше, чем «шконок», поэтому часто один отсек между собой делят два человека. На нижней полке «бара» хранится общак.

В общак складывали продукты, которыми пользовались все: чай, сахар, печенье. Строгач, о котором я уже упоминал, рассказывал, что, когда заходишь в камеру, нужно сразу спрашивать, чем живет хата. Если ответят, что живет общаком, значит ты можешь добавить в него что-то из продуктов от себя, хотя это и не обязательно. Многие заезжали совсем без вещей и продуктов, поэтому общак не пополняли. Правда, со временем даже общак имеет неприятную способность заканчиваться. Приходилось как-то крутиться.

Стратегически важные продукты в тюрьме – сало и лук. Хранили сало под ближайшей к форточке «шконкой». Там у нас был «холодильник». Вымывали пол, складывали газеты в несколько слоев и хранили сало. Чтобы долго не портилось, резали его на куски и накрывали газетами. Я не хотел напрягать близких, поэтому просил мне передачи не возить. Подготовился заранее и взял с собой много сала и лука.

Про кислый «бигос», ложки и 3D-кашу

На завтрак была каша. Сливочного масла за все время ни разу не дали. Молочные продукты в тюрьме отсутствуют как вид. Каша белая, но точно не на молоке, скорее на муке. В целом, есть было можно, если не пересолят. Сахаром посыплешь и нормально. Правда, сахара давали очень мало. Норма: полтора спичечных коробка в день на человека. Этого недостаточно. Еще на завтрак давали чай – с виду желтая вода. Без сахара. Сахар сам добавляешь из своей нормы. Его выдавали каждый день в одном пакете для всей хаты. Ставили в общак, а оттуда уже каждый брал, сколько ему совесть позволит. Ты же никому не можешь запретить насыпать в чай две ложки сахара вместо одной. Бывало, что отдавали свою норму молодым. Молодые они всегда есть хотят.

Зимой на ужин приносили так называемый «бигос» – очень кислая капуста, тушеная с картошкой. Гадость страшная. Мало кто решался это есть. Был у нас один парень, который как-то «бигоса» переел, так долго потом животом мучился. Еще была рыба, обычно салака, в которой почему-то было больше голов, чем хвостов. Короче, ужинали мы обычно своими продуктами. Например, заваривали «ролтон».

Мяса практически не давали. Только колбасу, но колбаса не мясо. Лукашенко же обещал накормить всех колбасой, вот зэков и кормили. На обед давали кашу с колбасой. Мы ее называли «каша 3D” – перловка, в которой плавают мелко порезанные овощи и колбаса. Квадратики колбасы, которую ты видишь, но на вкус не чувствуешь. Правда, обед мы равно ели. Борщ был хороший. На мясном бульоне, правда, без мяса. Видимо все мясо расходилось «диетчикам» – в тюрьме это только те люди, у которых ВИЧ-инфекция или гепатит. Язвенникам диета не положена. У меня вот три язвы, но питание было такое же, как и у всех остальных.

Чайники иметь нельзя, пользовались кипятильниками. Кружки выдают железные. Во время приема пищи получаешь ложку. Как поешь, возвращаешь. Ложки терять нельзя: можно влететь на серьезное наказание. Вилок в тюрьме, естественно, нет.

Продолжение следует.

Маргарита Корбут

Вы можете следить за комментариями к этой новости через RSS 2.0 ленту. Вы можете оставить отзыв, либо поделиться ссылкой.

Комментировать

Вы должны быть зарегистрированы, чтобы комментировать.



Каталог TUT.BY Rating All.BY