Па-беларуску На русском
Правозащитники Против Пыток >> Рекомендации Комитета ООН против пыток для Беларуси, 2011

Рекомендации Комитета ООН против пыток для Беларуси, 2011

Итоговые замечания комитета против пыток ООН по Беларуси

Комитет против пыток

 

47 сессия

31 октября – 25 ноября 2011

Рассмотрение докладов государств-участников, представляемых в соответствии со статьей 19 Конвенции

Заключительные замечания Комитета против пыток

Беларусь

(Неофициальный перевод)

 

Введение

Комитет против пыток рассматривал четвертый периодический доклад по Беларуси (CAT/C/BLR/4) на 1036 и 1039 заседаниях, проведенных 11 и 14 ноября 2011 (CAT/C/SR.1036 and 1039), и на 1053 заседании принял следующие решения (CAT/C/SR.1053).

А. Введение

2. Приветствуя представление 4-го доклада Беларуси, Комитет сожалеет о том, что он был представлен с опозданием на 9 лет, что не позволило Комитету анализировать  выполнение государством-участником положений Конвенции со времени последнего обзора ситуации в РБ в 2000 году.

3.Комитет выражает сожаления по поводу того, что ни один представитель государства не смог приехать из столицы, чтобы встретиться с членами Комитета и присутствовать на заседаниях. В то же время, он положительно оценивает представившуюся возможность обсудить многие вопросы в рамках Конвенции.

Позитивные аспекты:

4. Комитет приветствует ратификацию государством-участником и его присоединение к следующим международным инструментам:

–        Факультативный протокол к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации женщин (в 2004);

–        Два факультативных протокола к Конвенции о правах ребенка (в 2002 и 2006).

5. Комитет отмечает настоящие усилия государства-участника по реформированию законодательства, политики и процедур в сферах, регулируемых Конвенцией, таких как:

a-      Пересмотр Уголовного кодекса, Уголовно-исполнительного кодекса и Уголовно-процессуального кодекса;

b-      Принятие Закона о порядке и условиях содержания лиц под стражей в 2003;

c-      Принятие нового Закона о предоставлении иностранным гражданам и лицам без гражданства статуса беженца, дополнительной и временной защиты в 2008.

Основные вопросы, вызывающие беспокойство, и рекомендации

Основные правовые гарантии

6. Комитет серьезно обеспокоен многочисленными сведениями о том, что задержанным часто отказывают в основных правах, включая допуск адвоката и врача, право на контакт с семьей, особенно часто это происходит с задержанными по статье 293 УК.[1] Подобные случаи описаны в совместном докладе некоторых организаций, включая Специального докладчика по вопросу о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения или наказания, среди подобных случаев дело Андрея Санникова, который во время суда в Мае 2011 заявил о нарушении его прав на допуск адвоката, на контакты с семьей и медицинское обслуживание, несмотря на нанесенные представителями властей травмы во время его задержания[2]; а также дело Владимира Некляева (A/HRC/17/27/Add.1, para.249). Ссылаясь на Акт No.215-Z от 16 Июня 2003 года, о процедуре задержания и условиях содержания, Комитет серьезно обеспокоен неспособностью государства-участника обеспечить лиц лишенных свободы, включая содержащихся в следственных изоляторах КГБ и находящихся под административным арестом, фундаментальными правовыми гарантиями с момента задержания, прописанными в параграфах 13 и 14 Комментариев Комитета No. 2 (CAT/C/GC/2) (ст. 2, 11 и 12).

Комитет рекомендует государству-участнику

a-      Обеспечить всем заключенным, законодательно и на практике, доступ ко всем основным правовым гарантиям с момента их задержания, как то: право на незамедлительный доступ к адвокату и на обследование независимым врачом, право связаться с семьей, быть проинформированным о своих правах в момент задержания, в том числе об обвинениях, выдвинутых против него, а также право на своевременный суд;

b-      Обеспечить задержанных, в том числе по административным статьям, возможностью обжаловать законность их задержания и обращения с ними;

c-       – Принять меры по обеспечению аудио- или видеозаписи всех допросов в милицейских участках и местах задержания в целях предотвращения пыток и жестокого обращения.

7. Комитет обеспокоен ограниченностью доступа родственников и адвокатов задержанных к центральному реестру учета задержанных. У Комитета также вызывает сожаление отсутствие надлежащего порядка регистрации задержанных. (ст. 2, 11 и 12)

Комитет рекомендует государству-участнику обеспечить быструю регистрацию всех людей, лишенных свободы, сразу после их задержания, а также обеспечить доступ к этой базе данных адвокатам и родственникам задержанных.[3]

8. Комитет обеспокоен многочисленными обвинениями, что задержания производятся сотрудниками в гражданской одежде, что делает невозможным обжалование фактов жестокого обращения и пыток, по причине невозможности идентификация лица, проводившего арест. Комитет отмечает, что задержания кандидатов в президенты проводилось лицами в гражданской одежде.  Также поступили жалобы от некоторых из кандидатов, включая Некляева и Санникова, о том, что с ними жестоко обращались в следственном изоляторе люди в масках. [4](art. 2, 12 и 13)

государство-участник должно осуществлять мониторинг соблюдения законодательства, которое обязывает всех представителей правоохранительных органов, находящиеся при исполнении, включая спецназ (ОМОН), сотрудников КГБ, носить опознавательные знаки, обеспечить всех представителей правоохранительных органов униформой, снабженной соответствующим видимым опознавательным знаком в целях гарантии индивидуальной ответственности и защиты от пыток и жестокого обращения, а также подвергать всех сотрудников правоохранительных органов, нарушающих положения Конвенции, следствию и соответствующему наказанию.

Насильственные исчезновения

9. Комитет отмечает, что получил от представителей государства-участника информацию о существовании базы данных по пропавшим людям. Тем не менее, государство не предоставляет достаточную информацию по исчезновениям, а в частности о нераскрытых делах о похищениях бывшего министра внутренних дел Юрия Захаренко, бывшего первый вице-спикер белорусского парламента Виктора Гончара, Анатолия Красовского, журналиста Дмитрия Завадского, Вопрос об этих делах поднимался Комитетом в 2000 году (CAT/C/SR.442, para.29)[5] либо представлялся Рабочей группой по насильственным или недобровольным исчезновениям в 1999 году (A/HRC/16/48).[6] (ст. 2, 11, 12 и 16). Государству-участнику следует обеспечить проведение расследования случаев исчезновения людей с целью получения достоверной информации об их местонахождении и следует выяснить, что с ними произошло. В частности, государству-участнику следует обновить информацию о перечисленных выше четырех случаях (Юрий Захаренко, Виктор Гончар, Анатолий Красовский, Дмитрий Завадский), в частности, предоставить информацию о результатах следствия, о каких-либо наказаниях или санкциях, наложенных на ответственных за их исчезновения, о каком-либо возмещении ущерба  родственникам, а также о степени доступа адвокатов и родственников к базе данных об исчезновениях.

 

Пытки

10. Комитет серьезно обеспокоен многочисленными случаями применения пыток и жестокого обращения с задержанными в стране. В соответствии с надежной информацией представленной в Комитет, многие люди лишенные свободы подвергаются пыткам, жестокому обращению, им угрожают представители органов правопорядка, особенно в момент задержания и во время содержания в следственных изоляторах. Это подтверждает опасения некоторых международных организаций, включая Специального докладчика по пыткам[7], Совет ООН по Правам Человека (A/HRC/RES/17/24), Верховного комиссар ООН по правам человека[8] и ОБСЕ[9]. Указывая на статью 25 Конституции, которая запрещает пытки, Комитет обеспокоен, существенным отличием того, что написано в законодательных документах и практического применения этих правил. В срочном порядке государство-участник должно принять незамедлительные и эффективные меры по предотвращению пыток и жестокого обращения по всей стране, среди которых должно быть осуществление мер с измеряемыми результатами по искоренению применения пыток и жестокого обращения представителями государства.

Безнаказанность и отсутствие независимого расследования

11. Комитет по-прежнему обеспокоен нежеланием официальных властей проводить своевременное и беспристрастное расследование предполагаемых случаев пыток и жестокого обращения, привлекать к ответственности людей, которые совершают подобные преступления; отсутствием независимого расследования и механизмов подачи жалоб, запугиванием представителей судебных властей, низким уровнем сотрудничества с международными организациями, специализирующимися в данной сфере, что приводит к неполному освещению подобных дел и безнаказанности лиц, причастных к подобным преступлениям.[10] (art. 2, 11, 12, 13 и 16) В частности Комитет обеспокоен следующим:

a-      Отсутствием независимого и эффективного механизма принятия жалоб и проведения своевременного, беспристрастного расследования случаев предполагаемых пыток, в частности в системе досудебного содержания задержанных.

b-      Информацией о том, что серьезные конфликты интересов мешают существующему механизму рассмотрения жалоб принимать эффективные меры по проведению беспристрастного расследования полученных жалоб.

c-      Несогласованностью информации, представленной Комитету относительно подачи жалоб лицами, содержащимися в заключении. Комитет особо подчеркивает серьезность поступающей информации о том, что против людей находящихся в заключении и подавших жалобы, проводятся репрессии, а также о том, что жалобы многих лиц находящихся в заключении не рассматриваются, как в случае с Алесем Михалевичем, Санниковым и другими.

d-      Доклады показывают, что ни одно официальное лицо не было привлечено к ответственности за пытки. В соответствии с информацией Комитета, за последние десять лет, лишь нескольким сотрудникам органов внутренних дел было предъявлено обвинение в совершении менее тяжкого преступления: «Злоупотребление властью либо служебными полномочиями» и «Превышение власти или служебных полномочий» статьи 424 и 426 УК РБ.

Комитет призывает государство-участника принять все необходимые меры по обеспечению беспристрастного, своевременного расследования случаев пыток и жестокого обращения сотрудниками правоохранительных органов, при этом удостовериться, что расследование проводится независимо и открыто и что нарушители закона понесут заслуженное совершенному преступлению наказание. Для этого государству-участнику необходимо:

a-      Создать независимый и эффективный механизм принятия жалоб, поданных жертвами пыток и жестокого обращения в государственные органы, обеспечить возможность медицинского освидетельствования подобных фактов, в поддержку предъявленных жертвами обвинений, обеспечить на практике защиту жертв, подавших жалобы от жестокого обращения и запугивания, которые являются результатом подачи жалобы и предоставления улик. В частности, как было рекомендовано ранее, (A/56/44, para.46(c), государство-участник должно создать независимые и беспристрастные правительственные и неправительственные комиссии по защите прав человека, которые будут обладать реальными полномочиями, среди которых должны быть возможность защищать права человека, расследовать все случаи жалоб на нарушения прав человека, следить за выполнением Конвенции.

b-      публично и недвусмысленно осудить применение всех форм пыток, обращаясь, в частности, к сотрудникам правоохранительных органов, вооруженным силам и сотрудникам тюрем, включив в данные заявления ясное предупреждение о том, что любой человек, совершающий или участвующий в подобных действиях как сообщник, понесет личную уголовную ответственность

c-      обеспечить отстранение от выполнения своих обязанностей подозреваемых в применении пыток немедленно и на срок расследования, особенно если есть риск того, что подозреваемые в силу занимаемой должности могут препятствовать расследованию;

d-      предоставить результаты расследования по предполагаемым правонарушениям, поднятым Комитетом, в том числе по делам Алеся Михалевича, Андрея Санникова, Александра Отрощенкова, Владимира Некляева, Натальи Радиной и Майи Абромчик, а также по более многочисленным жалобам о предполагаемом беспорядочном и непропорциональном применении силы спецназом в отношении примерно 300 людей на площади Независимости 19 декабря 2010.

Независимость судебной власти

12. Хотя статья 110 Конституции и статья 22 УПК гарантируют независимость судебной власти,[11] Комитет обеспокоен тем, что другие пункты Белорусского закона, особенно те, в которых написано о правилах поведения и снятии с должности судей, их назначении и сроке пребывания в должности, подрывают независимость судебной системы и не гарантируют независимость судей от исполнительной ветви власти[12] (ст. 2, 12 и 13). Особое беспокойство вызывает следующее:

a-      Запугивание и вмешательство в профессиональную деятельность адвокатов, что отмечено Специальным докладчиком по вопросу о независимости судей и адвокатов (A/HRC/17/30/Add.1, para.101). Комитет продолжает беспокоиться о том, что коллегия адвокатов, по закону независимый орган, на практике подчиняется Министерству Юстиции и несколько адвокатов, защищавших задержанных 19 декабря 2010 были исключены из коллегии Министерством Юстиции[13]

b-      Случаи, когда судья открыто поддерживает обвинение, как, например, в деле Владимира Русскина, который заявил, что ему было запрещено вызвать своих свидетелей, которые бы свидетельствовали в его пользу, при рассмотрении дела о его задержании[14] 19 Декабря 2010, подобное происходило и при рассмотрении множества других дел касающихся событий 19 Декабря[15].

 

В свете предыдущих рекомендаций (A/56/44, para. 46(d), Комитет призывает государство-участника сделать следующее:

a-      гарантировать полную независимость судебной власти в соответствии с Базовыми принципами о независимости судебной системы (резолюция Генеральной Ассамблеи 40/146 от 20 декабря 1985);

b-      обеспечить соответствие выбора, назначения, оплаты труда, пребывания в должности судей объективным критериям, таким как квалификация, честность, способности, эффективность;

c-      провести расследование по делам адвокатов, которые представляли задержанных в результате событий 19 декабря 2010 и которые, впоследствии, были лишены лицензий, среди них – Павел Сапелко, Татьяна Агеева, Владимир Толстик, Олег Агеев, Тамара Гараева, Тамара Сидоренко, и, соответственно, восстановить действие из лицензий[16].

Мониторинг и инспектирование мест лишения свободы

13. Рассматривая информацию о наблюдательной деятельности, проводимой Генпрокуратурой, национальной наблюдательной комиссией при Министерстве Юстиции и местными наблюдательными комиссиями[17], Комитет отмечает отсутствие независимости национальной системы мониторинга, а также то, что эти комиссии совершенно не эффективны при выполнении поставленной перед ними задачи[18]. Комитет также озабочен использованием психиатрических учреждений для иных, кроме медицинских, целей и недостаточным инспекционным контролем за деятельностью таких учреждений[19] ((ст. 2, 11 и 16).

Комитет призывает государство-участника создать полностью независимые органы с полномочием осуществлять независимые и эффективные визиты в места содержания заключенных без предупреждения, обеспечить наличие среди их членов профессионалов в юридической и медицинской сферах, осведомленных о соответствующих международных стандартах, а также международных экспертов и других представителей гражданского общества. Государство-участник должно также обеспечить членов данного органа возможностью посещать все места содержания заключенных без предварительного предупреждения, говорить один на один с заключенными, результаты подобного мониторинга и рекомендации должны быть открыто обнародованы в разумные сроки.

Более того, государство-участник должно обнародовать подробную информацию о месте, времени и периодичности визитов в места лишения свободы, в том числе психиатрические клиники, о результатах данных посещений и предпринятых действиях по результатам этих визитов. Данная информация должна быть предоставлена также и в Комитет.

14. Комитет озабочен отсутствием доступа международных механизмов наблюдения, как правительственных, так и негосударственных, к местам содержания заключенных в Беларуси. Комитет также выражает сожаление, о неудовлетворении заявки на визит в страну Специального докладчика по вопросу о пытках и Рабочей группы по насильственным или недобровольным исчезновениям[20], а также на то, что без ответа остался запрос о визите в страну, посланный Управлением  Верховного Комиссара ООН по Правам Человека[21]. (ст. 2, 11 и 16)

Комитет призывает государство-участника:

a-      предоставить доступ независимым правительственным и негосударственным организациям в места содержания под стражей в стране, в том числе в отделения милиции, следственные изоляторы, помещения службы безопасности, места содержания под стражей по административным обвинением, изоляторы медицинских и психиатрических учреждений и тюрем;

b-      укрепить дальнейшее сотрудничество с институтами ООН по защите прав человека, в частности, как можно быстрее разрешив посещения страны Специальными докладчиками по пыткам, по праву на свободу слова, по положению правозащитников, в соответствии с принятыми государством-участником обязательствами по Всеобщему периодическому обзору (A/HRC/15/16, para. 97.17);

c-      – рассмотреть вопрос о принятии заявки Верховного комиссара по правам человека на посещение страны командой УВКПЧ.

Национальный институт по правам человека

15. Хотя ряд международных правозащитных механизмов[22] высказали свои рекомендации, а также учитывая заявления сделанные государством-участником в ходе универсального периодического обзора создать национальный институт прав человека (A/HRC/15/16, para.97.4), Комитет отмечает тот факт, что в данном направлении прогресс совершенно незначительный (art. 2).

Комитет рекомендует государству-участнику провести работу по созданию национального института по правам человека в соответствии с Принципами, касающимися статуса национальных учреждений, занимающихся поощрением и защитой прав человека (Парижские принципы, резолюция Генеральной Ассамблеи 48/134).

Определение, абсолютное запрещение и криминализация пыток

16. Рассматривая информацию, предоставленную государством–участником, что определение пытки, содержащееся в статье 1 Конвенции, используется при криминальном преследовании лиц, совершивших акт пытки, и о том, что Генеральная Прокуратура подготавливает поправку в уголовное законодательство[23], Комитет отмечает, что такое определение пытки никогда не применялось судами на территории страны[24]. Комитет продолжает оставаться обеспокоенным по причине того, что национальное законодательство не содержит положений, определяющих пытку и обеспечивающих ее полный запрет[25]. Также вызывает беспокойство тот факт, что статьи 128 и 394 УК не криминализируют пытку в соответствие со статьей 4, параграф 2 Конвенции (arts. 1, 2 and 4).

В свете предыдущих рекомендаций Комитета (A/56/44, para. 46.a) и в свете принятия государством-участником рекомендаций, сделанных во время Всеобщего периодического обзора (A/HRC/15/16, paras. 97.28 и 98.21)[26] государство-участник должно без промедления дать определение и придать уголовный статус пыткам в Уголовном кодексе в полном соответствии со статьей 1 и 4 Конвенции[27]. Далее, Комитет рекомендует государству-участнику обеспечить соблюдение двух условий: абсолютное запрещение пыток не допускает никаких отступлений, и действия, приравненные к пыткам, не  имеют срока давности.

Применение Конвенции во внутренней правовой системе

17. Приветствуя тот факт, что международные договора, участником которых является Беларусь, согласно статье 20 Закона о нормативных правовых актах Республики Беларусь подлежат непосредственному применению[28], Комитет выражает обеспокоенность отсутствием информации о решениях судов, которые принимались на основании Конвенции. Комитет сожалеет, что положения Конвенции рассматриваются только как теоретические, но никогда не применялись судами.

Комитет рекомендует государству-участнику принять необходимые меры для обеспечения де-факто применения положений Конвенции в рамках национальной правовой системы и практической реализации статьи 20 Закона о нормативных правовых актах, в частности, путем организации интенсивной подготовки сотрудников судебной системы и правоохранительных органов для того, чтобы обеспечить их полную осведомленность о положениях Конвенции и ее непосредственном применении. Кроме того, государству-участнику следует представить отчет о решениях национальных судов или административных органов о введении в действие прав, закрепленных в Конвенции.

Доказательства, полученные с помощью пыток

18. Отмечая тот факт, что статья 27 Конституции запрещает принимать во внимание улики, полученных при помощи пыток и тот факт, что государство-участник приняло рекомендации, сделанные в ходе универсального периодического обзора (A/HRC/15/16, para.97.28), Комитет обеспокоен сведениями о том, что иногда признательные показания получаются при помощи пыток и жестокого обращения, а также отсутствием информации о сотрудниках правоохранительных органов, которые понесли бы какое-либо наказание[29], за получения признания подобным путем. Полученная Комитетом информация показывает, что в некоторых случаях судьи полагались на показания, данные обвиняемыми в период следствия, от которых они потом отказывались на суде, при этом рассказывая об устрашении и давлении на них[30]. Комитет сожалеет о недостаточном количестве информации о делах Автуховича и Владимира Осипенко, которые были приговорены на основании показаний свидетеля, который на суде от них отказался, и которые предположительно были получены при помощи пытки[31] (art. 15).

Государству-участнику следует принять необходимые меры для обеспечения того, чтобы на практике признания, полученные под пыткой или под давлением, не принимались во внимание в ходе судебного разбирательства в соответствии с национальным законодательством и статьей 15 Конвенции. государству-участнику следует гарантировать соблюдение судьями обязательства спрашивать всех задержанных, подвергались ли они пыткам или жестокому обращению под стражей, и чтобы судьи назначали независимое медицинское обследование всякий раз, когда подозреваемый требует этого в суде. Судья должен исключить подобные заявления, особенно те случаи, когда подозреваемый заявляет в суде о применении пыток и медицинское освидетельствование подтверждает его утверждение. Должны проводиться быстрые и беспристрастные расследования, когда есть основания полагать, что были применены пытки, особенно в тех случаях, когда единственным представленным доказательством является признание. В этой связи государству-участнику следует гарантировать доступ международных правительственных и неправительственных организаций на судебные разбирательства.

Кроме того, Комитет просит государство-участника представить информацию о том, были ли какие-либо государственные служащие осуждены или наказаны за получения признаний посредством пыток, и если да, то представить подробную информацию о подобных случаях и о наказаниях или санкциях, примененных в отношении виновных.

Условия содержания под стражей

19. Приветствуя усилия государства-участника, направленные на улучшение содержания лиц в заключении (CAT/C/BLR/4, paras.21 et seq.) и тот факт, что государство-участник учло рекомендации, сделанные в ходе универсального периодического обзора, Комитет обеспокоен поступающими сообщениями о плохих условиях содержания в местах лишения свободы, включая жалобу Специального докладчика по вопросу пыток, касательно условий содержания в некоторых местах лишения свободы, в частности в СИЗО N1 в Минске (A/HRC/4/33/Add.1, para.16). Основные проблемы – перенаселенность, плохое питание, недостаточный доступ к местам личной гигиены, практическое отсутствие медицинского обслуживания[32].

Государству-участнику следует активизировать свои усилия по приведению условий содержания в местах лишения свободы в соответствие с Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (резолюции Экономического и Социального Совета 663С (XXIV) и 2076 (LXII)) и другими соответствующими международными и национальными правовыми нормами, в частности путем:

a)     сокращения переполненности тюрем и рассмотрения вопроса о создании нетюремных форм содержания под стражей в соответствии с Минимальными стандартными правилами ООН в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила);

b)     обеспечения всем задержанным доступа и получения необходимых продуктов питания и здравоохранения, а также

c)      обеспечения содержания всех несовершеннолетних отдельно от взрослых на протяжении всего периода нахождения под стражей или лишения свободы и организации образовательных и развлекательных мероприятий для них.

20. Отмечая информацию о том, что хотя в Генеральную прокуратуру не поступало жалоб от женщин заключенных об угрозах применения к ним насилия, Комитет обеспокоен постоянным появлением сведений об угрозах насилия в местах заключения, включая сексуальное насилие, от других заключенных или сотрудников правоохранительных органов[33]. (art. 2, 11 и 16)

Комитет рекомендует государству-участнику принять незамедлительные и более эффективные меры по борьбе с насилием тюрьме в соответствии с Правилами ООН, касающимися обращения с женщинами-заключенными и мер наказания для женщин-правонарушителей, не связанных с лишением свободы (Бангкокские правила). государству-участнику следует также создать и внедрить эффективный механизм для получения жалоб о сексуальном насилии и гарантировать, что сотрудники правоохранительных органов проходят программу обучения об абсолютном запрете сексуального насилия как одной из форм пыток, а также о получении такого рода жалоб.

Обучение

21. Комитет сожалеет об отсутствии информации о проведении специальных тренингов для медицинского персонала, сотрудников правоохранительных органов, охранников в местах лишения свободы, работников судов и других лиц участвующих в заключении под стражу, проведении допросов или ином обращении с лицами, находящимися под контролем государства или официальных органов на тему запрещения пыток и жестокого и бесчеловечного отношения[34]. Комитет с сожалением отмечает отсутствие информации об оценке и анализе проведенного обучения. (art. 10)

Комитет рекомендует государству-участнику:

a)     обеспечить для всех лиц, которые выполняют различные обязанности, перечисленные в статье 10 Конвенции, регулярное обучение, касающиеся положений Конвенции и абсолютного запрета пыток, а также правил, инструкций и методов ведения допроса, в частности в сотрудничестве с организациями гражданского общества;

b)     предоставлять всем соответствующим сотрудникам, особенно медицинским работникам, специальную подготовку по вопросам выявления признаков пыток и жестокого обращения и использовать Руководство по эффективному расследованию и документированию пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (Стамбульский протокол);

c)      внедрить гендерный подход для обучения тех, кто занимается задержанием, допросом или работой с женщинами, подвергнутых любой форме ареста, задержания или тюремного заключения, а также

d)     регулярно оценивать эффективность и результативность таких учебных и образовательных программ по уменьшению количества случаев пыток и жестокого обращения.

Насилие в отношении женщин и детей, включая домашнее насилие

22. Приветствуя меры, предпринятые государством-участником по борьбе с насилием по отношению к женщинам и детям[35], Комитет обеспокоен продолжающимся фактами подобного насилия и отсутствием информации о:

a)     осуждении лиц по делам о насилии в отношении женщин и детей, включая факты домашнего насилия

b)     случаях оказания помощи и возмещения ущерба жертвам такого типа насилия

Комитет с сожалением отмечает о большом количестве женщин, убитых на почве домашнего насилия и отсутствия специальных положений в законодательстве регулирующих вопросы домашнего насилия, сексуального насилия в браке, о чем говорилось Комитетом по ликвидации дискриминации в отношении женщин (CEDAW/C/BLR/CO/7, para.19)[36] (arts. 2, 14 and 16)

Государству-участнику следует активизировать свои усилия по предотвращению, пресечению и наказанию насилия в отношении женщин и детей, особенно домашнего насилия, в частности, путем внесения изменений в уголовное законодательство и предоставления жертвам насилия немедленной защиты и длительной реабилитации для пострадавших. Кроме того, государству-участнику следует проводить более широкие кампании по повышению осведомленности и обучению по вопросам домашнего насилия для судей, адвокатов, сотрудников правоохранительных органов, социальных работников, которые находятся в непосредственном контакте с жертвами, а также для широкой общественности.

Торговля людьми

23. Приветствуя усилия государства-участника, направленные на противодействие торговлей людьми и осуждением нарушителей закона по подобным делам[37], Комитет озабочен сведениями о том, что торговля людьми, особенно женщинами является значительной проблемой для Беларуси, которая продолжает оставаться страной происхождения транзита и назначения жертв торговли людьми[38]. (arts. 2, 10 and 16)

В свете рекомендаций, сделанных Специальным докладчиком по вопросу о торговле людьми по итогам ее визита в Беларусь в мае 2009 года (A/HRC/14/32/Add.2, параграф 95 и след.), государству-участнику следует принять эффективные меры,  в том числе в рамках регионального и международного сотрудничества, для устранения основных причин торговли людьми, в частности, его тесной связи с сексуальной эксплуатацией, продолжать преследовать и наказывать виновных, обеспечить жертв правовой защитой и услугами по реинтеграции, а также проводить обучение сотрудников правоохранительных органов, особенно пограничных и таможенных служб.

Возмещение ущерба, включая компенсацию и реабилитацию

24. У Комитета недостаточно информации о:

a)     мерах компенсации, включая средства реабилитации, предпринятых судом и действительно предоставленных жертвам пыток или лицам находящимся на их иждивении

b)     лечении, социальной реабилитации и другие формах помощи, включая медицинскую и психологическую реабилитацию жертв пыток. Комитет с сожалением отмечает, что Минский городской суд отклоняет иски на получение компенсации за моральный ущерб, полученный во время пребывания в заключении. (art. 14)

Государству-участнику следует обеспечить возмещение ущерба и компенсации, включая реабилитацию жертв, и предоставить информацию о таких случаях в Комитет. Кроме того, государству-участнику следует предоставить информацию о возмещениях ущерба и компенсациях, установленных в суде и выплаченных жертвам пыток или их семьям. Эта информация должна включать в себя количество сделанных запросов, количество удовлетворенных запросов, установленные к выплате суммы и фактически выплаченные суммы. Кроме того, государству-участнику следует включить соответствующие статистические данные и примеры случаев, в которых люди получили такие компенсации, в свой следующий периодический доклад для Комитета.

Правозащитники

25. Комитет глубоко обеспокоен многочисленными жалобами на факты запугивания, репрессий и угроз по отношению к правозащитникам и журналистам, а также отсутствием любой информации о расследовании таких жалоб[39]. Комитету известны факты отказа в регистрации независимых НГО, угроз и криминального преследования, арестов, обысков в офисах и преследовании, эти факты отмечены в устном докладе Верховного комиссара по правам человека, представленным в Совете по правам человека Сентябре 2011, жалобах поданным Специальным докладчиком по правозащитникам и Специальным докладчиков по вопросу о свободе слова[40]. Комитет сожалеет, что, несмотря на мнение Комитета по правам человека (Communication No. 1296/2004)[41] и несколько жалоб Специального докладчика (A/HRC/17/27/Add.1, para.331), Верховный суд оставил в силе решение Министерства Юстиции не регистрировать Правозащитный центр «Весна». (arts. 2, 12 and 16)

Государству-участнику следует принять все необходимые меры для обеспечения защиты правозащитников и журналистов от запугивания или насилия из-за их деятельности, а также быстрого, беспристрастного и тщательного расследования, уголовного преследования и наказания за такие деяния. В частности, Комитет рекомендует государству-участнику:

а) признать важную роль неправительственных организаций в оказании помощи государству-участнику в выполнении своих обязательств по Конвенции и дать им возможность запрашивать и получать адекватное финансирование, чтобы осуществлять свою мирную деятельность в области прав человека;

б) информировать Комитет о результатах расследования предполагаемых угроз и преследований со стороны властей в отношении защитников прав человека и журналистов, в том числе случаев двух журналистов, Ирины Халип и Анджея Почобута, председателя Белорусского Хельсинкского комитета Олега Гулака и председателя «Вясны», Алеся Беляцкого[42], а также

в) ускорить ход выполнения вышеупомянутого решения Комитета по правам человека, в соответствии с которым заявители, одиннадцать членов «Вясны», имеют право на соответствующее удовлетворение их жалобы, включая перерегистрацию «Вясны».

Беженцы и лица, ищущие убежища

26. Приветствуя принятие в 2008 нового закона о закона «О предоставлении иностранным гражданам и лицам без гражданства статуса беженца, дополнительной и временной защиты в Республике Беларусь», Комитет отмечает, что законодательство и практика его применения нуждается в дополнительном пересмотре, для того, чтобы соответствовать международным законам о правах человека и беженцах[43]. (art. 3)

Комитет рекомендует государству-участнику пересмотреть применяемые в настоящее время процедуры и практики в области высылки, возвращения и выдачи иностранных граждан и лиц без гражданства целью выполнения своих обязательств по статье 3 Конвенции. государству-участнику следует гарантировать лучшую защиту для лиц, ищущих убежища, беженцев и других лиц, нуждающихся в международной защите, улучшить качество процедуры предоставления государством статуса беженца и рассмотреть вопрос о ратификации Конвенции 1954 года о статусе апатридов и Конвенция 1961 года о сокращении числа лиц без гражданства.

 

 

Смертная казнь

27. Комитет озабочен докладами о плохих условиях содержания лиц, приговоренных к смертной казни, и о атмосфере секретности и произвола при проведении смертной казни, сведениями о том, что родственники приговоренных получают информацию о исполнении приговора лишь через несколько дней или недель после казни, у них нет возможности последнего свидания с родственником, тела не выдают семьям для погребения, им не сообщают о месте захоронения. Более того, Комитет обеспокоен сведениями, что основные законные права приговоренных к смерти не соблюдаются, а также разногласиями в отчетах властей и других источников[44]. Комитет отмечает тот факт, что парламентская комиссия продолжает рассматривать возможность введения моратория на смертную казнь, но при этом сожалеет о приведении в исполнение смертного приговора в отношении двух осужденных, дела которых находились на рассмотрении Комитета по Правам Человека, несмотря на просьбу о принятии временных мер (Communication Nos. 1910/2009 and 1906/2009). (art. 16).

Государство должно принять все необходимые меры для улучшения условий содержания лиц, приговоренных к смертной казни, а также обеспечить им оказание всех видов защиты, предусмотренных Конвенцией. Кроме того, следует исправить атмосферу  секретности и произвола, окружающую смертную казнь, чтобы члены семьи не испытывали дополнительных страданий и чувства неясности. Кроме того, Комитет рекомендует государству-участнику рассмотреть вопрос о ратификации второго Факультативного протокола к Международному пакту о гражданских и политических правах, направленного на отмену смертной казни.

Сбор данных

28. Комитет обеспокоен отсутствием всесторонней и детализированной информации по многим из пунктов Конвенции, в том числе статистики по жалобам, расследованиям, приговорам за случаи пыток и жестокого обращения сотрудниками правоохранительных органов, сотрудников тюрем, информации по насильственным исчезновениям, торговле людьми и домашнему насилию. (arts. 12 and 13).

Государству-участнику следует собрать и представить Комитету статистические данные, касающиеся контроля за осуществлением Конвенции на национальном уровне, в том числе информацию о жалобах, расследованиях, судебных преследованиях и приговорах по делам о применении пыток и жестокого обращения, о торговле людьми, домашним и сексуальном насилии, а также результаты и решения по всем подобным жалобам и делам, в том числе по компенсации и реабилитации потерпевших.

 

Сотрудничество с механизмами ООН по правам человека.

 

29. Комитет рекомендует государству-участнику укрепить сотрудничество с механизмами ООН по правам человека, в том числе разрешить визит Специального докладчика по вопросу пыток, Специального докладчика по вопросу о положении правозащитников, Специальному докладчику по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение, Рабочей группы по Насильственным и Недобровольным Исчезновениям.

 

30. Комитет рекомендует государству-участнику как можно быстрее рассмотреть возможность ратификации Факультативного Протокола к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания[45].

31. Комитет рекомендует государству-участнику рассмотреть возможность принятия деклараций по статьям 21 и 22 Конвенции.

32. Комитет призывает государство-участника ратифицировать те договоры ООН по правам человека, к которым оно до сих пор не присоединилось, в том числе к Конвенции по защите всех лиц от насильственных исчезновений и Второй факультативный протокол к Международному пакту о гражданских и политических правах. Отмечая заинтересованность государства-участника в рамках универсального периодического отчета (A/HRC/15/16, paras. 97.1 and 98.3), Комитет рекомендует государству-участнику работать в направлении ратификации Международной конвенции о защите прав всех трудящихся-мигрантов и членов их семей, Конвенции по правам инвалидов и протокола к ней.

 

33. Государству-участнику следует осуществить широкое распространение доклада, представленного в Комитет, и итоговые наблюдения Комитета на официальных вебсайтах, в прессе и НГО.

34. государству-участнику следует обновить свой общий базовый документ (HRI/CORE/1/Add.70, 10 June 1996), в соответствии с рекомендациями по базовым документам содержащихся в инструкциях по докладам в рамках международных соглашений по правам человека (HRI/GEN.2/Rev.6).

35. Комитет просит государство-участника предоставить да 25 Ноября 2012 дополнительную информацию в ответ на рекомендации Комитета, относящиеся к (1) обеспечению и усилению правовых гарантий задержанных лиц, (2) проведении незамедлительных, беспристрастных и эффективных расследований и (3) вынесении наказания и санкций против людей совершивших акты пытки и жестокого обращения, о чем написано в параграфах 6, 11, 14 настоящего документа, а также о возмещении ущерба жертвам пыток.

 

36. Свой следующий отчет, пятый периодический отчет, государству-участнику следует представить до 25 Ноября 2012. По этой причине Комитет считает необходимым государству-участнику согласиться предоставить отчет, в соответствии со своей факультативной процедурой подачи отчета, состоящей в передаче Комитетом ряда вопросов, до подачи периодического отчета. Ответ государства-участника на этот список вопросов, согласно статье 19 Конвенции, будет составлять следующий периодический отчет.

A/HRC/15/16, para.98.4; A/HRC/15/16/Add.1, para.7.



[1] CAT/C/BLR/Q/4, para.4; CCPR/C/86/D/1100/2002 (28 March 2006).

[2] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246–278 (27 May 2011); A/HRC/17/27/Add.1, paras.  327-340 (27 May 2011); Organization for Security and Cooperation in Europe (OSCE), Office of Democratic Institutions and Human Rights (ODIHR), «Report: Trial Monitoring in Belarus (March – July 2011),» 10 November 2011, p. 86; European Parliament resolution on Belarus of 12 May 2011.

[3] CAT/C/BLR/Q/4, para.5; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.26.

[4] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 249-250, 256.

[5]  CAT/C/SR.442, paras. 29-30; CAT/C/SR.445, paras.8,17 and 23.

[6] E/CN.4/2000/64, para.27; E/CN.4/2001/68, paras.107-108; Council of Europe, Parliamentary Assembly, Resolution 1371 (2004) on Disappeared persons in Belarus.

[7] A/HRC/16/52/Add.1, paras. 11-12; A/HRC/13/39/Add.1, paras.13-17.

[8] UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the Human Rights Council.

[9] Organization for Security and Cooperation in Europe (OSCE), Office of Democratic Institutions and Human Rights (ODIHR), «Report: Trial Monitoring in Belarus (March – July 2011),» 10 November 2011.

[10] A/56/44, para.46 (b); A/HRC/15/16, paras. 52 and 98.22; A/HRC/15/16/Add.1, paras. 60-63; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.23; A/HRC/RES/17/24, para.2 (d); OSCE report, paras.249 et al.

[11] CAT/C/BLR/4, paras. 69-70.

[12]  E/CN.4/2001/65/Add.1, para.108; A/56/44, paras. 45 (f), (g) and 46 (d); CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-8; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77-101; E/CN.4/2005/6/Add.3, para.79; OSCE report, paras. 82-105.

[13]  CAT/C/BLR/Q/4, paras. 6-7; A/HRC/17/30/Add.1 (19 May 2011), paras. 77-101; European Parliament, resolution of 10 March 2011 on Belarus, para.7.

[14] CAT/C/BLR/Q/4, para.8(a); A/HRC/10/44/Add.4, para.19.

[15] UN High Commissioner for Human Rights, oral report to the  18th session of the HRC.

[16] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 279-326.

[17] CAT/C/BLR/4, paras. 67, 80-89; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.68-70.

[18]  A/56/44, para.46 (e); CAT/C/BLR/Q/4, paras. 21-22; OSCE report, paras. 249-266.

[19]  CAT/C/BLR/Q/4, paras. 37-38; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.34;  E/CN.4/2005/6/Add.3, paras. 32,33,73 and 88.

[20] A/HRC/WG.6/8/BLR/2, p.5.

[21]  UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the 18th session of the HRC.

[22] CRC/C/BLR/CO/3-4, para.15; CEDAW/C/BLR/CO/7, para.16 (c); CERD/C/65/CO/2, para.13; A/HRC/4/16, para 10; A/HRC/WG.6/8/BLR/2,paras.9 and 66.

[23] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.5.

[24] CAT/C/BLR/4, paras. 61-62; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1,p.1.

[25] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.1-5; A/56/44, paras. 45(b) and 46 (a); CAT/C/SR.442, para.18 and CAT/C/SR.445, para.3; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.23; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, para.26; UPR, A/HRC/WG.6/8/BLR/1, paras.140-146.

[26]  A/HRC/15/16, para.97.28; A/HRC/15/16/Add.1, para.59.

[27]  CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.5.

[28]  CAT/C/BLR/4, paras. 61-62; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.3.

[29] CAT/C/BLR/Q/4, para.32; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, para.6; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, paras. 23 and 31; A/HRC/15/16, para.97.28; OSCE report, paras. 239 and 244; European Parliament resolution on Belarus, 10 March 2011.

[30] UN High Commissioner for Human Rights’ oral report to the 18th session of the HRC; OSCE report, para.251.

[31] CAT/C/BLR/Q/4, para.32; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1 to CAT/C/BLR/Q/4, para.30.

[32]  A/HRC/WG.6/8/BLR/1, para.146; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, paras. 29-30.

[33] CAT/C/BLR/Q/4, para.11.

[34] CAT/C/BLR/4, paras. 31, 36, 39-42; CAT/C/BLR/Q/4, paras. 19-20.

[35] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras.44 et seq.

[36] CAT/C/BLR/Q/4, para.12; A/HRC/15/16, para.97.5; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, para.27; CRC/C/BLR/CO/3-4, paras. 39-40; CEDAW/C/BLR/CO/7, paras. 19-20; A/HRC/14/32/Add.2, para.96(a).

[37] CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras. 38, 45, 52-56; A/HRC/14/32/Add.2, para.92.

[38] A/HRC/14/32/Add.2; CRC/C/BLR/CO/3-4, paras. 69-70; CEDAW/C/BLR/CO/7, paras.21-22; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, para.31.

[39] CAT/C/BLR/Q/4, para.9; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, pp 5-7; A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246, 342; A/HRC/WG.6/8/BLR/2, paras.40-41; European Parliament resolutions of 12 May 2011 and 15 September 2011 on Belarus.

[40] A/HRC/17/27/Add.1, para.342.

[41] CCPR/C/90/D/1296/2004 (7 August 2007).

[42] A/HRC/17/27/Add.1, paras. 246–278; A/HRC/17/27/Add.1, paras.  327-340;  European Parliament resolution of 15 September 2011 on Belarus: the arrest of human rights defender Ales Bialatski; European Parliament resolution on Belarus of 12 May 2011; Office of the High Commissioner for Human Rights, Briefing notes on Belarus dated 5 August 2011.

[43] CAT/C/BLR/4, paras.19-20; CAT/C/BLR/Q/4/Add.1, paras. 14-15, 58-64; CRC 2011, paras. 67-68; A/HRC/WG.6/8/BLR/1, paras. 140-146; CAT/C/SR.442, para.22 and CAT/C/SR.445, para.5.

[44] A/HRC/13/39/Add.1, para.14; CAT/C/BLR/Q/4, para.39; A/HRC/WG.6/8/BLR/3, para.31.

[45] A/HRC/15/16, para.98.4; A/HRC/15/16/Add.1, para.7.

 
Каталог TUT.BY Rating All.BY